как сексуально, что она беременная. Но я не признался, что хотел бы, чтобы она оставалась в моей постели по какой-либо другой причине, кроме секса.
Но, черт возьми. Я буду скучать по ней.
Она была веселой.
Развлекала меня.
Поправляла меня, хотя бы потому, что я был рабом щели между ее ног.
Она также неплохо разговаривала за ужином. И у нее был хороший вкус в кино и музыке. Ей также нравилось сидеть в бассейне, пока я наматывал круги.
И она была мягкой, блядь, и горячей, чтобы сохранить ее в своей кровати и просыпаться с ней по утрам.
Она была единственной женщиной, с которой я просыпался.
Лия была для меня опасной территорией, но я еще не был готов отступить.
Я вонзил в нее пальцы и прижал ее к себе. Она наградила меня застенчивой улыбкой, когда я поцеловал ее, долго и глубоко, даже в то время как некоторые из моих товарищей по команде прогремели из раздевалки и загудели. Она отодвинулась с очаровательным смущением, скрывая глаза от других игроков.
– Увидимся в понедельник утром, – она указала на меня. – Держись подальше от неприятностей.
– Возможно.
Она раздражалась.
– Я серьезно.
– Что я могу наделать, пока тебя нет?
Она робкими шагами отошла от меня.
– Это то, о чем я спрашивала себя все утро.
– Ты не веришь в меня.
– Докажи, что я ошибаюсь.
– В этом нет ничего веселого.
Она пошла к двери, виляя этой красивой задницей. Я не ожидал, что рука хлопнется мне на плечо. По крайней мере, Брайон знал, что нужно подождать, пока Лия не уйдет, прежде чем повиснуть на мне.
– Я не нравлюсь этой сучке, – фыркнул Брайон. – Что я ей сделал?
– Не называй ее «сучкой», – я сбросил его руку и застегнул свой костюм. – Может быть, арест за сексуальное насилие дал ей неправильное представление.
– Они освободили меня.
– И сколько будет стоить этот гражданский иск?
– Мужик, какого черта с тобой происходит? – нахмурился Брайон. – Эта девушка получила всего тебя, и теперь ты не преследуешь киску, ты становишься одиночкой.
– Просто гоняюсь за правильным.
– И как долго, по-твоему, это продлится?
Я не думал об этом, но позволил себе надеяться. Наверное, больше, чем следовало бы. Я сомневался, что Лия вписала Джека «Создателя проблем» Карсона в свой план жизни.
Надеюсь, она потерпит Джека «Создателя ребенка» Карсона вместо этого.
В течение долгого времени.
Я не привык думать о женщине как о чем-то другом, кроме одноразового развлечения. И я не был уверен, что, черт возьми, я чувствовал, когда смотрел на нее, видел ее, чувствовал ее. Я смотрел, как она спит по утрам.
И когда мы узнали о беременности?
Секс стал нереальным. Больше, чем праздник, лучше, чем тот первый раз, когда я похоронил себя в ней и выпустил струю моего семени. Теперь она знала меня и предвидела, что мне нравится и что мне нужно. У меня никогда не было женщины, которая действительно заботилась бы о том, чтобы научиться.
Господи, мне было жаль, что она уехала на выходные. Я ненавидел одиночество. Ненавидел быть без нее.
– Чувак, сегодня пятница, мы должны выйти, – сказал Брайон. – Вылезай из этого проклятого костюма и давай прошвырнемся.
– И разозлить Лию? Да, точно.
Я не мог игнорировать ее единственную просьбу. Она знала, что делает. Лия была единственной причиной, по которой Лига не отстранила меня за то, что я сломал камеру журналиста на первом свидании, на котором мы были. Я заплатил ему десять штук, чтобы он держался от меня подальше, и этого было достаточно.
– Ты позволишь этой женщине надрать тебе задницу? – подтолкнул меня Брайон. – Ты с ней не встречаешься. Не корми меня этим дерьмом. Чувак, я был с тобой в ту ночь, когда ты чуть не забрал трех похотливых шлюшек. Ты говоришь мне, что у тебя были отношения, когда ты поставил их на колени?
– Это очень сложно.
– Либо ты трахаешь исключительно ее, либо ты трахаешь весь город, – пожал он плечами. – И ты знаешь, что ты, скорее всего, сделаешь.
Может быть, когда-то. Теперь я не был так уверен. Мне понравилось то, что у меня было с Лией, это было трудно и странно. И, Боже, я обожаю обнимать эту женщину, прекрасно зная, что она спрятала в своем животике.