Я же пытаюсь выровнять дыхание после марафона «Бежим от странного мужчины». Весь путь оглядывалась, боясь, что он следом пойдёт и задушит меня. Как лишнего свидетеля.
Но нет. Жива.
— Разве ты не стилистов ждёшь? — спрашиваю, намекая на косметику, разбросанную по косметическому столику.
Зачем она сама собирается, если, по идее, её стилисты должны накрасить и нарядить?
— Катя, не всё можно доверить стилистам, — закатывает глаза, словно я глупость сморозила. — Например, засосы лучше самой скрывать, иначе доложат отцу, — дотрагивается до своей шеи, под слоем плотного тонального крема. — А тот из меня сделает очередное животное чучело. Будет моя голова висеть среди других, убитых им. Ну уж нет!
— Засосы?! — вскрикиваю и Алиса тут же кидается закрыть мне рот рукой, взглянув на дверь.
— Тише ты! Да, засосы! — отводит взгляд и, убедившись, что я не буду больше кричать, отпускает. — Я поэтому тебя и ждала, чтобы рассказать. В общем, мы с девчонками ночью гуляли и… я переспала с кем-то. Катя… он такой… страстный.
— Алиска, ты же до этого была… Ну, того. Девочкой ещё, — напоминаю подруге, и она кивает.
— Ну… да, — тянет, улыбнувшись. — В общем, мы с ним переспали, но он сбежал, оставив меня в ВИП-комнате клуба одну. Я даже не знаю с кем переспала, — хнычет, выпятив нижнюю губу. — Но это того стоило!
— Алиса…
— Что? — надувается ещё больше. — Я хотела переспать с мужчиной на своё восемнадцатилетие, но не получилось! Зато девятнадцатилетие прошло удачно! Теперь я полностью взрослая.
— Я в шоке!
— Я тоже, — встаёт с кровати и идёт к тумбе, якобы за телефоном, но по её поведению понимаю, что ей что-то надо. — Хочу его найти. Надо как-то у сводного братца выманить видеозапись камер в клубе. Хочу точно знать, с кем переспала. Потому что… в общем, я думала, что с Эриком, но когда ему позвонила и спросила, почему он меня оставил одну, то сказал, что вообще из клуба ушёл за час до этого.
— Алиса, — предупреждающе тяну, понимая, на что она намекает.
— Катя! Помоги! — выдавливает жалостливую мордашку из себя и кидается передо мной на колени. — Рустам не отдаст мне камеры. Тебе отдаст. Попроси его, пожалуйста! Он ведь в тебя влюблён! И всё сделает как собачка по одному твоему щелчку.
— Нет!
— Ну, пожалуйста! Ради меня!
— Нет!
— Катя, ну прошу тебя! Молю! Буду должна! Сделаю всё, что попросишь! Помоги мне! Пожалуйста! Ну пожалуйста! — умоляет и я сдаюсь.
— Ладно! Я придумаю тебе самую ужасную оплату моих услуг, — шутливо произношу. Но к паукам её точно отправлю!
— Согласна! — вскакивает с колен и хватает меня за руку. — Всё! А теперь пошли в мою гардеробную, подберём тебе платье! Ты должна сегодня блистать не хуже меня! Сегодня мы найдём тебе богатого жениха.
— Не надо жениха, — протестую, но иду за ней. — В общем, я сегодня Кириллу, наконец, тоже отдамся, — признаюсь в том, что планировала последний месяц. — Мы уже месяца два общаемся. И думаю пора. Я готова!
— Ну, значит для него блистать будешь, — весело щебечет Алиса Лапина.
Притащив меня в небольшую комнатку, отданную под личную гардеробную подруги, она принялась рыть всё, что у неё есть и чего нет.
Несколько часов мы мучаемся с выбором, ведь я гораздо ниже Алисы. И те платья, что ей выше колена, мне ниже колена. В итоге решаем надеть нежно-персиковый топ и пышную персиковую юбку. Образ дополняем туфлями на высоком каблуке и длинными серьгами.
— Куколка, — заключила Алиса, увидев меня в этом наряде.
А дальше нами занимались стилисты, парикмахеры, визажисты. Кропотливо изучали каждую, подбирая под выбранные нами наряды отличные образы. Из меня решили сделать ласковую, но дерзкую кошечку. Мягкий макияж, но стрелки и контуринг придал моему виду дерзости и схожести на кошачьи черты лица.
Из Алисы сделали лисичку. Даже рыжий волос подчеркнули, хотя обычно его собирают в замысловатые причёски, пряча эту шикарную копну.
— А почему ты сразу не заявила родителям, что не хочешь на этот день рождения? — спрашиваю подругу между прочим, пока визажисты наносят нам макияж.
— Я хотела это сделать, но не смогла, — отвечает она, слегка пожав плечами. — Из-за границы прилетел брат моей мачехи, Карим, и… в общем, ему я отказывать не умею. Вот вообще не могу. Превращаюсь в болванчика, когда он что-то спрашивает.
— Карим… — повторяю имя, вспоминая незнакомца.
Это он был в беседке, и он беседовал с Даной. Получается не любовники? А брат и сестра? Тогда что они пытаются скрыть от отца Алисы?
Очередная тайна, которая не даст мне спать.