Слегка раздражённый одиночеством, Митрофан откладывает бумаги, встаёт и, потирая усталые веки, ощущает тяжесть усталости, готовящей тело ко сну. Медленно проходит мимо громадного экрана, отражающего тёмные тени комнаты, вдруг ловит краем сознания неясное движение рядом, будто чья-то рука пытается коснуться ног.
Но нет... Оборачивается резко — пустота. Успокаивая нервы, он входит на кухню, осторожно ставит кружку, наполняет её ароматным свежезаваренным кофе, кладёт любимое пирожное заварное на изящный фарфоровый подносик и возвращается назад в гостиную.
Однако едва переступив порог зала, почувствовал странную перемену вокруг. Тусклый сумрак комнатной обстановки внезапно преобразился в красновато-чёрный тон с загадочным оттенком зелени, напоминающим глубоководные топи. И вот оно — ощущение отвратительного запаха: едкого, гнилостного, будто затхлая вода древнего болота прорвалась сюда через незримые барьеры пространства-времени.
«Ох, ну и смрад!» — морщась, Митрофан оглянулся назад, ощутив нежданный порыв ветра с террасы. Дверца была чуть приотворена, едва колыхаясь от легчайшего дуновения, словно манила собой войти туда. Удивленно пробормотавший себе под нос, он аккуратно положил кофейную чашечку с кусочком хрустящего итальянского пирога на изящный прозрачный столик, сверкавший сквозь мягкий свет люстры своей итальянской простотой и красотой. Сделав несколько шагов, мужчина подошел ближе к двери, тихо прикрыв её, когда вдруг откуда-то послышалось странное эхо далекого шума, постепенно усиливающегося звоном падения какого-то предмета в соседней комнате. Осторожно проследовав обратно через просторный холл мимо роскошного мраморного пола, Митрофан ступил на пороге ванной комнаты и остановился, пораженный зрелищем: повсюду вокруг струилась грязная, мутная вода, грозящая перелиться через края ванны и затопить пол.
От ужаса сердце мужчины бешено застучало в груди, инстинктивно бросившись вперёд, он судорожно выхватил руками металлический вентиль крана и резко провернул его, перекрыв подачу воды. Когда шум стих, он облегчённо перевёл дыхание... но лишь на мгновение. Что-то заставило его резко обернуться — кто-то был здесь, за спиной. Страшный холод мгновенно прошёл по спине, чувствуя зловещее присутствие, Митрофан медленно развернулся и увидел стоящего прямо напротив себя старого человека. Старик выглядел жутко: спутанные седые пряди волос покрывали лицо густым покровом, извиваясь и свисая клочками по щекам и подбородку, словно лохмотья старой одежды. Его взгляд был ужасающе пугающим — глаза давно исчезли, остались лишь тёмные провалы глазниц, наполненные непроглядной тьмой. Из-за грязных растрёпанных одежд тянуло затхлым запахом гниющих болот и влажной земли, от него исходили неприятные испарения.
Сердце замерло, ноги приросли к полу, Митрофан понял, что попал в руки самого настоящего существа из мира теней. Трясясь от страха, он бессильно наблюдал, как призрак протянул руку и сдавил горло своими ледяными пальцами, лишая возможности дышать. Глаза умирающего начали слезиться, мысли метались хаотично, пытаясь найти выход из кошмара, но чудовище сжимало хватку сильнее и сильнее.
— Это наказание тебе за твою алчность, зависть и жестокость к конкурентам, жаждущим твоей славы, — хриплый голос прозвучал почти шёпотом, дрожа от злобы. — Такова твоя судьба!
Митрофан попытался произнести хотя бы слово, однако рот оказался забит воздухом, отчаянно борющимся за жизнь.
— Почему именно я? Я вас не знаю! — смог наконец выдавить несчастный.
Призрачная фигура негромко рассмеялась безумным смехом, похожим на вой ветров над заброшенными кладбищами.
— Потому что ты отверг мою книгу, мой труд, «Колодец смерти», теперь и ты должен умереть, — прошипело существо из мрачных глубин.
Словно очнувшись после долгого сна, Митрофан сделал последний рывок, попытавшись освободиться от цепких пальцев мертвеца.
— Откуда вы знаете про колодец?! — воскликнул он, понимая всю абсурдность ситуации.
Старик широко улыбнулся пустой, чёрной улыбкой.
— Именно оттуда, куда отправишься и ты скоро сам, — ответил тот и снова расхохотался своим потусторонним голосом.
И вот тут Митрофан узрел наконец истинное лицо таинственного старца из болотных топей. Захрипел было мужчина, пытаясь выбраться из цепких объятий незнакомца, однако тот неумолимо повлек пленника прочь от спасительного света дня, взмахнув сухонькой дланью над истлевшим полом, отчего мгновенно разверзлась перед ними зловещая пропасть, схожая очертаниями своими с вязким слоем древней трясины, и метнулся туда несчастный герой, утягиваемый невидимой силой.