С замиранием сердца я просочился прямо сквозь стену и заглянул внутрь дома. Планировку я помнил, так что оказался сразу в своей комнате. К моему восторгу, помимо Саске тут оказались еще и Итачи с Наруто. Все трое оживленно разговаривали и смеялись, похоже, приступ паранойи у меня начался чуть позже, а пока все наслаждались недолгими часами мира и спокойствия.
Я полностью просочился внутрь и сел на единственное свободное место рядом с Саске. Вот так можно было даже представить что лучший друг и старший брат смотрят на меня и разговаривают со мной. Я даже отвечал им вслух, рассказывая, как рад наконец-то их увидеть, только вот меня никто не слышал.
Я еле-еле сдерживался, чтобы не раскрыть себя. Это было адски сложно, ведь передо мной, буквально на расстоянии вытянутой руки сидел нии-сан, которого я столько лет мечтал увидеть.
Я на несколько минут совсем забыл о своей цели – найти тех, кто изгнал меня отсюда – но тут Саске вдруг начал хмуриться и беспокойно оглядываться. Он даже активировал шаринган, но увидеть меня так и не смог. Впрочем, я, к своему удивлению, тоже никого не засек, хотя ощущения у меня появились весьма странные – что-то вроде чувства надвигающейся опасности. Смутное дурное предчувствие вызывало постоянное беспокойство, от которого невозможно избавиться.
В прошлый раз я тоже испытывал нечто похожее, только намного сильнее, и более выраженное, словно кто-то наблюдал за мной недобрым взглядом. Однако, как ни странно, я со всеми своими божественными и магическими способностями так и не смог определить источник этой угрозы.
Я перепробовал все, что мог, даже создал несколько клонов и разослал их в разные стороны, но ничего так и не засек. Магические средства тоже никого не нашли, хотя я использовал все, даже те, которые были описаны только в закромах Отдела Тайн.
Время шло, однако источник опасности мне так и не удалось обнаружить. Раньше я думал, что меня изгоняют из мира некие высшие силы, но теперь, когда я сам стал шинигами и с богами мог общаться на равных, оказалось, что сейчас во всей Конохе нет ни одной, даже самой слабенькой духовной сущности. Всякие призраки и духи вообще шиноби не жалуют, хотя бы потому, что некоторые из них могут запросто навалять нематериальной сущности. А от меня тогдашнего, только что съевшего Десятихвостого демона и фонящего жуткой чакрой, вообще все потусторонние создания шарахались, как черт от ладана.
Так что через некоторое время у меня появилось одно очень нехорошее подозрение, которое крепло с каждым днем. В Отделе Тайн было много информации о перемещениях во времени, и одно из самых важных правил хронопутешественников гласило: «Нельзя сталкиваться с самим собой». Как самый простой и распространенный случай – человек попытается напасть на своего двойника, потому что в магическом мире встреча со своим близнецом ничего хорошего не сулит. Только вот этим все не ограничивается. Последствия встречи могут быть куда более странными и непредсказуемыми, особенно, если срок путешествия большой. Порой происходят искажения во времени, открываются пространственные аномалии или даже начинают от ускоренного старения разрушаться окружающие предметы.
Так что когда у новенькой металлической кровати, на которой спал я-из-прошлого, подломились ножки, я окончательно убедился, что все происходящее – моя вина. Взбешенный Саске залез на крышу, где уже сидел я, окутанный всевозможными чарами невидимости, и закричал:
- Хватит, я понял! Я ухожу!!!
У меня появилась слабая надежда, что вот сейчас-то неведомая сила наконец-то проявит себя, ведь небо было чистым, без единой тучки, а на моей памяти, после этих слов пошел дождь.
Прошла секунда, за ней другая, и последняя надежда угасла. Я поднял палочку и наложил заклинание, вызывающее ливень. Потому что второе важное правило хронопутешественников гласит: «Прошлое менять нельзя».
В архивах Отдела Тайн описано множество случаев, когда волшебники пытались обойти это правило, но ни у кого не вышло. Как бы они ни старались, результат исправлений всегда был хуже, чем изначальный вариант. И все равно постоянно находились те, кто пытался что-то изменить. В большинстве случаев эти смельчаки либо погибали, либо и вовсе стирали себя из реальности. О том, что они вообще когда-то были, знали только невыразимцы, и то лишь благодаря особым артефактам.