Двери на террасу были распахнуты. Широкий помост доходил почти до воды. Фонарики, словно маленькие светлячки, сидящие на перилах, освещали площадку. Полная луна поднялась над городом, тревожа покой городских сумасшедших.
Пока я обходила зал, высматривая самые интересные блюда, локации и людей, началась главная программа. Ведущая, немолодая женщина с приятным голосом рассказывала, с чего начинался конкурс, в далеком двухтысячном. Слайд шоу за её спиной транслировало конкурсантов и их номера. Я схватила бокал шампанского с подноса мимо пробегающего официанта, поблагодарила его и огляделась по сторонам.
Конкурсанты нервничали. Кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то застыл изваянием и не дышал. Кто-то делал вид, что его всё это не касается. Артём стоял, расслаблено и вальяжно. Одна из стоящих рядом женщин коснулась его рукава, он наклонился к ней, внимательно выслушал и сдержанно улыбнулся. Горечь осела на языке, я постаралась запить её. Едва сделав глоток, я подавилась, услышав своё имя из уст ведущей.
- А, нашего победителя объявит прекрасная Алиса Лебедева! Ресторанный критик, блогер и просто прекрасная девушка с отменным вкусом.
Глава 9
Шампанское встало поперёк горла и никак не хотело освобождать мои дыхательные пути. Я кашляла, стараясь вдохнуть. Ведущая ещё раз повторила моё имя, приглашая на сцену, а я никак не могла понять, что происходит? Никто со мной не договаривался об объявлении. Я вообще не должна выходить на сцену, но ведущая, нанятая на сегодняшний вечер, уже явно нервничала. Она осматривала зал, пытаясь понять, где же меня черти носят. И мне стало её немного жаль. Не она ведь это придумала, и не она должна за это отвечать.
Я сделала пару шагов к сцене, когда меня подхватил под руку Юлий и потащил к сцене. Ага, ты-то мне и нужен, голубчик.
- Э, Юлий, а что, собственно, происходит? – прошипела я.
- Ну, Алиса, милая, мы же переписывались по почте. Ты подтвердила своё участие. – не моргнув глазом, соврал мне организатор.
Это была такая наглая ложь, что я аж опешила. Забыть о наших договорённостях я не могла, сто процентов. Каждую задачу я записываю в ежедневник и сверяюсь с ним по утрам. Пока я прикидывала, какую ногу оттоптать Юлию за враньё, мы достигли сцены. Он толкнул меня на ступеньки, а сам остался во тьме зала.
Сделав приветливое, но серьёзное лицо, я поднялась на сцену. Ведущая облегчённо вздохнула и передала мне конверт и статуэтку. Я вцепилась в микрофон, мило улыбаясь. Так, надо что-то сказать, прежде чем открыть конверт.
- Добрый вечер! Перед объявлением победителя мне хотелось бы поблагодарить организаторов за прекрасный конкурс, красивый сегодняшний вечер, полный сюрпризов! – надеюсь, мой намёк дойдёт до адресата – Спасибо нашим судьям. Ваш прекрасный вкус и профессионализм, вне всяких сомнений.
Моим словам бодро похлопали. Я послала ещё одну улыбку в зал, на меня смотрело куча народу. Руки дрожали, и микрофон слегка фонил. Пора открывать конверт. Чёрт, пальцы не слушаются, а шуршание бумаги разносится по всему залу. Зачем вообще было заклеивать этот конверт? Там же несекретные данные, верно?
- Итак, - конверт, наконец, поддался, и я вытащила плотный кусок картона – Победителем двадцать второго конкурса кулинарного искусства становится Артём Белов!
Зал грянул аплодисментами, а до меня дошло. Всё это подстроено. От начала и до конца. Артём поднимался по ступеням с полным осознанием своего превосходства. Ну, конечно. Пять лет назад я написала разгромный блог о кулинарном таланте Белова. Унизила его. А теперь стою тут и вручаю ему награду. Фотографы запечатлеют каждый его шаг, а он выберет лучшую совместную фотографию, вставит в рамочку и будет каждое утро злорадствовать.
Пока я думала о том, какой дурой Артём выставил меня перед всем кулинарным сообществом, он дошёл до меня, наклонился и скромно поцеловал в щёку.
- Спасибо, Алиса.
Я сунула ему награду, традиционный хрустальный шар на подставке. С выгравированным именем и регалиями.
- Во сколько тебе это всё обошлось? – спросила я, мило улыбаясь.
Мне почему-то не хотелось закатывать публичный скандал, ведь тогда пострадает и моя репутация тоже. Но и оставлять всё вот так, мне тоже не хотелось. Этот наглый гад даже не стал изображать удивление. Просто самодовольно усмехнулся и развернул меня лицом к залу.