- Второй вопрос, почему? – увидев мои удивлённо вскинутые брови, Алиса продолжила. – Почему ты не женат? Я ведь правильно поняла, что ты холост, иначе такие предложения, я надеюсь, не вылетели бы из твоего рта?
- А мы сейчас точно альтернативу обсуждаем или плавно перешли на интервью?
- Нет, эта информация дальше меня не уйдёт. Не переживай.
- Ну я был женат, но в один момент все пошло под откос. Кстати, не обошлось и без вмешательства вашей журналистской братии.
- Что же, это объясняет, почему тебя так долго заманивали на интервью. Не знаю уж, чем провинились мои коллеги, но знаешь, если в доме и в отношениях что-то не клеится, причину прежде всего надо искать внутри. А то, что есть сопутствующие факторы, дак это куда без них. Да и проще потом кого-то выставлять виноватым, чем признавать свои ошибки.
- У меня ощущение, что мы сейчас немного не обо мне. - решил заметить я, когда взгляд Алисы стал немного отстраненным, как будто придалась воспоминаниям и, видимо, не очень счастливым.
- Извини, увлеклась. Итак. Третий вопрос, что за альтернатива?
- И тут все просто. Я приглашаю тебя на свидание. Только его организацию я беру на себя. И если тебе понравится, то ты дашь мне шанс, и мы продолжим общение, возможно уже более плотное.
- Не знаю, к чему это все приведет и приведет ли вообще, но на свидание я, пожалуй, соглашусь. Но предупреждаю сразу, ни к чему серьезному я пока не готова. Мне комфортно одной. Да и о карьере я сейчас мечтаю больше, чем о мужчине или парне, пусть и до жути сексуальном, обеспеченном и интеллектуально развитом, раз смог добиться таких успехов.
- Пока не готова, прошу заметить. Да и вообще, если все эти характеристики обо мне, то я вообще не понимаю твоих сомнений. Да я же идеальный.
- А еще до жути скромный.
- Мне тут знакомая хорошая недавно ник придумала “мачомен”. Так что можешь меня и так называть, особенно если слегка с придыханием и томно. Вообще огонь будет.
- Ты сейчас говоришь как озабоченный переросток. Выдохни, хлебни уже своего холодного бульончика и пошли на свежий воздух, мачомен. Интервью никто не отменял, а у тебя в голове явно какие-то темные мыслишки бродят. Да и взгляд твой то ли уже меня разложивший на этом столе, то ли гипнотизирующий немного пугает. Я ведь могу и передумать на счет твоего свидания. Благо клятв на крови не давали, да и не заверяли нотариально.
- Со своими желаниями сложно бороться, особенно когда объект этих желаний на расстоянии вытянутой руки. Но, ты права, пойдем на воздух, а то, не ровен час, еще и пристану.
Я подозвал официанта, сказал, что меня сегодня уже не будет. По срочным вопросам пусть звонят. Я на связи. Алиса сложила свои вещи, и мы направились на выход.
Недалеко от ресторана был парк, туда я и предложил отправиться. Положив руку на талию Алисы я слегка ее направлял и мне было приятно касаться ее. Она немного засмущалась от такого жеста, но опустив взгляд возражать не стала.
Мы гуляли по парку часа 2, а может и все 3. За это время я наговорил столько, что теперь можно не статью написать, а добрую книгу выпустить. Как-то так, задавая наводящие и не лишенные смысла вопросы, Алиса выведала у меня все о моем бизнеса: когда начал, с кем, что и сколько приходилось делать, где брать деньги, как доверять в этой среде или обороняться от конкурентов. Я все говорил, говорил, а она записывала на диктофон и внимательно слушала. Иной раз замечал, что если я уходил рассказом своим куда-то в личное, то она отключала диктофон. Давала завершить мысль, а потом опять включала и задавала следующий вопрос. Тем самым, она как будто оберегала мое личное, то, чем можно поделиться с другом, но не с журналистом. Да и не совсем светлые стороны моей работы тоже не должны быть освещены. Она это поняла. Без слов. А мне так легко было ей все это рассказывать, что от части я вообще перестал “фильтровать” свою речь. Единственные темы, которых я не касался, были мои семья и мой брак. О ресторанах и работе я мог говорить сколько угодно. Ведь когда добиваешься успеха и понимаешь, что сам все смог, по кирпичику выстроил, выстрадал, появляется определенная гордость. Не за себя. За свой труд. Что он был не напрасный, что усилия были приложены и вознаграждены.