- Стас, я почти…. Господи… я не могу опять…. Стаааааас, - и вот она нирвана, я потеряла связь с реальностью. На миг или на минуту, не могу сказать. Сквозь туман, я услышала Стаса:
- Сука…. Как я должен прожить без тебя 2 недели, если на пару часов оставить уже сложно, уже хочу к тебе, а еще лучше в тебя, - Стас рывком вошёл в меня. До основания, выбив воздух из лёгких. Резко и остро. Но так хорошо стало. Я готова была вновь улететь, только теперь с ним.
Стас, замерший на миг, наклонился и укусил меня за сосок.
- Ты моя, Ведьма. Рыжая. Приворожила и околдовала. Еще в первую встречу. Не отпущу. Не надейся, Алиса. Твоё путешествие — это последнее наше расставание. Жить вместе будем. Сразу по приезду. Долго и счастливо. И детей мне родишь, штук 5, чтоб полный дом их был. Чтоб маленькие копии тебя и меня вокруг. Чтобы даже мысли не было оставить и уйти. Моя.
Все это Стас говорил, вбиваясь в меня настолько остервенело и яростно, что я не могла двигаться и тем более что-то отвечать. Его слова, вместе с действиями, довели меня до точки невозврата. Мир вокруг взорвался и исчез. Остались Стас и я. Только мы вдвоём во всем мире.
31. Стас
Улетела. 2 недели без неё. Дал ей их, чтоб приняла нас и поверила. Больше не отпущу. В ЗАГС сразу отвезу из аэропорта, пусть только прилетит. Ни секунды раздумий. К себе заберу. Засыпать с ней хочу, но ещё больше просыпаться. Смотреть, как лучи солнца играют с её локонами, как из рыженькой девочки она становиться огненной женщиной. Дикой и горячей, страстной и чувственный, но самое главное, только моей.
Марина не хочет по-хорошему, что же, я не намерен тратить больше время на уговоры. Позвонил адвокату и поставил задачу. Документы готовы, с весьма выгодными условиями в материальном плане для Марины, с неё лишь тест на отцовство. Если ребёнок мой, она ни в чем не будет нуждаться, если нет, то разойдемся с миром. Я не стану её ни в чем винить, мы не клянусь друг другу в верности и в любви. Черт, с Алисой тоже. Но ей я верю и, надеюсь, она мне тоже. Как много я не успел ей сказать, да даже в самом главном не признался, и она тоже. Но чувствует, знаю. Не может человек так довериться и отдаваться, не любя. Хочу на это надеяться. Потому что люблю. Первое, что скажу ей по возвращению. Потому что это важно. Об этом не надо молчать. Об этом надо кричать. Особенно, когда сердце из груди рвётся вслед за ней, и мысли лишь о ней. И улыбка только от неё, и желание обладать лишь ею и навсегда.
Смеялся над Матвеем и его одержимостью, а, оказывается, уже тогда надо было нестись и мчаться на поиски её. Выглядывать и высматривать свое рыжее солнце, оставившее ожог на сердце.
Дни тянутся медленно и тягуче. В руки так и просится мобильный, чтобы позвонить Алисе или Лене. Алиса, как и обещала, телефон с собой не носила. Звонила в обед или вечером. Не спрашивала ни о чем, просто рассказывала и делилась впечатлениями. Она продолжает вести блок о еде в интернет-издании. Да, туда я тоже заглядываю. Мне интересны все стороны жизни Алисы. Да и тема как никогда мне близка. Она на отдыхе с ещё большим вдохновением рассказывает о блюдах, а я завидую, что пробует она их без меня. Хочу смотреть, как она закрывает глаза от удовольствия и наслаждения, пробуя новые для себя блюда. Или видеть, как она хмурится и кривит носик, если это блюдо оказалось не по душе.
Разговоры с ней один раз в день – пытка. Ладно, если она позвонит утром или хотя бы в полдень, там хоть как-то работа клеится. А если вечером, то почти весь день насморку. Наркоман хренов. Нужна она и все тут. Работа работает и, как оказалось, без меня даже неплохо справляются. Проверки в Европе, правда, участились. То ли мешаем кому-то, то ли не нравимся. Запланировал поездку, осталось только тут переговоры провести. Но по мимо работы есть и личные вопросы, которые мне надо решить до возвращения Алисы.
- Алло, Наташа, привет.
- Привет, сосед. Ты когда в гости уже? Ребёнок все уши прожужжал «где мой Сасик, где мой Сасик?»
Не сдержал улыбки. Пацан у Наташки растёт моим фанатом и дружбаном.