Принесли завтрак: овсянку, ягоды, мёд — всё аккуратно разложено по мисочкам. Сет методично положил в кашу четыре малины и ровно одну ложку мёда.
— Четыре — число стабильности, — я ехидно подняла бровь. — Даже в каше?
— Везде!
Я прищурилась, чувствуя, как игра меня затягивает.
— Моё второе желание... — его челюсть напряглась. — Покорми меня.
Алфи скинул маску и уставился на нас с выражением «опять начинается».
— А говорила, что не станешь миссис Эванс, — пробурчал он и резко встал. — Я пойду проверю, сколько осталось до посадки.
Он ушёл, демонстративно хлопнув дверью.
Сет медленно отложил ложку.
— Хорошо. Садись напротив.
Я плюхнулась перед ним. Он добавил в мою кашу четыре ягоды — я швырнула ещё горсть. Ложку мёда (терпеть не могу его) — я намеренно положила три. Его глаза вспыхнули, но он лишь молча размешал эту сладкую жижу, поднёс ложку к моим губам и...
Я сжала рот в упрямую ниточку.
— Силой кормить? — его голос стал тише.
— Ты же мой временный опекун, включай фантазию!
Сет отложил ложку, и в этот момент что-то в воздухе изменилось. Он резко встал, схватил меня за запястье и притянул к себе. Я оказалась у него на коленях — так близко, что почувствовала, как дрогнул его ровный ритм дыхания. Его левая рука легла на моё бедро, пальцы впились в кожу, вызывая мурашки, которые стремительно поднимались вверх по спине.
Если бы мы были одни, я бы уже размазывала овсянку по его идеальному костюму, не обращая внимания на последствия. Но здесь действовали другие правила. Его игра была сладка, как мёд, и так же опасна — прилипнешь, не оторвёшься.
— Первая ложка, — произнёс он с тем же выражением, с каким когда-то предлагал мне «перемирие», зная, что я никогда не соглашусь.
Я открыла рот, держа пари сама с собой: выдержу ли его взгляд? В его глазах мелькнуло знакомое оживление — он тоже помнил наши бесконечные соревнования. Кто дольше продержится. Кто первый моргнёт. Кто кого переупрямит.
Каша была слишком сладкой — я перестаралась, конечно.
— Отвратительно пресно! — вырвалось у меня прежде, чем я осознала, что повторяю свои же слова из прошлой ночи.
Его пальцы впились в бедро, и я поняла — это не просто игра. Это проверка на прочность. Как тогда, на пляже, когда я укусила его...
— Попробуй ещё раз.
Вторая ложка. Я приоткрыла рот, но в последний момент резко выхватила ложку и перевернула её ему на рубашку.
— Не люблю сладкую кашу.
Капля каши растеклась по белой ткани.
Он замер. Потом медленно провёл пальцем по пятну, размазав его ещё больше, и поднёс палец к моим губам.
— Попробуй.
Я попыталась слезть, но он обхватил меня за талию, притягивая ближе.
— Ты проиграла, — прошептал он.
Сет почти коснулся моих губ — но в этот момент дверь открылась.
— Мы через десять минут садимся, — пробурчал Алфи, не глядя в нашу сторону.
Я сорвалась с его колен, будто обожглась. Руки дрожали — от злости, конечно. Только от злости.
— Счёт 2:0 в твою пользу... пока что, — я провела языком по губам, ловя вкус мёда и его угрозы.
Сет поправил испорченную рубашку, но взгляд его горел.
Совет от стажёра Айви:
Если хотите идеальную кашу, то варите её сами. Иначе что-то обязательно слипнется — будь то овсянка… или ваши принципы.
Глава 6: «Омар «по-скайски»»
Омар «по-скайски»
Ингредиенты: дождь (чтобы подчеркнуть вашу непонятную связь), правда (та, что обрушивается внезапно), пара желаний (и ничего страшного, что он против), дорога А86 (главное — успеть), нежный взгляд (после которого можно снова надеть ледяную маску).
Эдинбург встретил меня пронизывающим дождём и колючими снежными хлопьями. Даже привыкшая к лондонской слякоти, я не ожидала такого предательства природы. Воздух гудел от ветра, проникая до самых костей, а в носу щипало — то ли от солода, то ли от сырости, впитавшейся в древние камни.