— Мы там будем долго?
— Заедем, посмотрим проект. А потом… хочу заехать на маяк Нейс-Пойнт.
— Как романтично. Точно врёшь, что никого не возил из своих девиц.
— Я возил только одну женщину туда… Мою маму.
Я замолчала, остро осознавая, что задела за живое. Откинула спинку сиденья и закрыла глаза, погружаясь в тишину. Так хотелось уснуть — но в то же время я не хотела упустить ни мгновения этого редкого Сета: без привычных защитных барьеров, словно он открылся мне в своей уязвимости.
Эти мгновения были бесценны. Дороже любого завтрака в «Балморе», дороже самого выдержанного виски. Потому что только в них я видела того мальчика, который когда-то вытирал мне щёки, притворяясь, что просто ненавидит беспорядок.
Я проснулась от его лёгкого касания.
— Мы уже приехали? — сонно пробормотала, протирая глаза. Губы были сухими, голос хриплым.
За окном проплывали пейзажи: горы, окутанные дымкой, узкая серпантинная дорога. Сет свернул на заправку «Галф» в Кайл-оф-Лохалш.
— Кофе будешь? — спросил он, выходя.
— Да... Латте, если есть. С сиропом. Или без. Все равно.
Ещё минут десять я приходила в себя, то проваливаясь в дремоту, то наблюдая, как он расплачивается у кассы.
— Держи. Капучино. Латте не было.
Я взяла стаканчик, потягивая ароматный пар. Первый глоток обжёг губы — горький, слишком крепкий. Ну, конечно. Даже кофе от него становится «не таким». Но когда я подняла глаза, то заметила, как он украдкой наблюдает за моей реакцией. Я изобразила натянутую улыбку.
Сет быстро сел и пристегнулся.
— До места ещё час, максимум два.
Я лишь кивнула. Тело ныло от долгого сидения, но сон немного освежил. Хотя бы мозги.
Дорога была потрясающей: изумрудные холмы, озёра, отражающие небо, овечки, ради которых я заставляла Сета сбавлять скорость. Я делала фото и тут же скидывала их бестиям.
— Почему ты в Шотландии решил строить гостиницы? — вдруг спросила я.
— Мы уже строим. Я выкупил старую рыбацкую гостиницу и пытаюсь её превратить в хороший бизнес. Алфи займётся проектом в Сент-Эндрюсе. Обе локации — семейные. Очень важно не провалить это.
— А если… провалишься?
— Тогда мне придётся уйти из бизнеса.
Меня будто ударило этой фразой. Ещё больше стало стыдно за ту статью.
— Прости… за статью. Я… я просто злилась на Алфи.
— Не понимаю. Бизнес требует холодного расчёта. Ты же управляешь бутиками — как они ещё на плаву с такой импульсивной хозяйкой?
— У нас креативный подход!
— О, я заметил. — Он улыбнулся. — Айви, давай договоримся. Если хочешь сказать мне что-то неприятное — говори в лицо. Не надо детсадовских игр за спиной. Я не Алфи.
— Так точно, мистер Идеалист, — я сладко улыбнулась и сделала глоток кофе. Горечь разлилась по языку, но сейчас это было неважно.
Сет смотрел на дорогу — такой уверенный и непробиваемый. И вдруг в моей безумной голове созрело желание.
— Новое желание, — допила я противный кофе до дна.
Он вздохнул так, будто я попросила его прыгнуть с утёса.
— Да не вздыхай ты так! — фыркнула я. — Я просто хочу правду.
— Вот этого я и боюсь.
Я повернулась к нему всем корпусом, чувствуя, как ремень безопасности впивается в плечо.
— Скажи честно… тебе никогда не хотелось скинуть этот чёртов пиджак и поваляться с нами в песке? Швыряться грязью, лазить по деревьям, а не ныть, что это опасно? Жить, наконец.
Его челюсть дёрнулась. Но я не отступала. Мне нужно было знать — неужели он действительно родился с галстуком и бизнес-планом вместо сердца?
— Помнишь условия, — прошептала я. — Солжёшь — считай, мы уже обручены. Прямо здесь, в Шотландии.
Тишина. Только мотор гудел за окном.
— Да, — вдруг сказал он так тихо, что я едва расслышала. — Хотел. Даже завидовал. Каждый раз.
Дыхание перехватило.
— Но я не мог. — Он резко перестроился, обгоняя грузовик. — Однажды мама спросила, кем я хочу стать. Я сказал — как папа. Строить отели. — Губы его дрогнули. — Она сказала: «Иди к мечте». А Алфи тогда сказал, что хочет рисовать. И папа разбил его мольберт…