Камин потрескивал, отбрасывая на стены пляшущие тени. Сет что-то листал в телефоне, а я репетировала в голове признание, которое никак не могла выговорить.
— Ты... ну... как... — выдавила из себя.
— Всё хорошо, Айви, — отмахнулся он, даже не взглянув на меня.
В этот момент раздался звонок в дверь. Сет вышел в прихожую, а я увидела Алфи — он стоял в дверном проёме, крутил пальцем у виска и корчил мне глупую рожу.
И тут вошла она.
В чёрном платье. Уверенная. Взрослая. Невыносимо красивая.
Два года вырезок из журналов. Два года попыток красить губы незаметно, чтобы казаться хоть немного старше. А он просто... привёл её.
Она стряхнула блёстки с его плеча (мои блёстки) и бросила фальшиво-сладким голосом:
— Милый, рождественские феи отметили тебя.
— Эти феи, — процедил он, бросая на нас с Алфи равнодушный взгляд, — скоро отправятся спать. Да, Айви?
— Ой, какая прелесть! — она протянула руку к моему банту (который я ненавидела, но сегодня специально терпела). — Тебе очень идёт, малышка.
Сет напрягся. Он знал: слово «малышка» для меня было как красная тряпка. Я схватила первую попавшуюся фоторамку и швырнула её в стену.
— Ого! — Алфи мгновенно сориентировался, хватая следующую рамку. — А вот и мой ход!
Фото пролетело в сантиметре от них.
— Вдвоём к родителям! — крикнул Сет.
— Вы совсем... — начала незнакомка, бледнея.
— Сумасшедшие? — перебил Алфи, уже с третьей рамкой в руке. — Это наш фирменный рождественский квест! Сет, держи! — он запустил семейное фото в брата, которое тот поймал одной рукой.
— Алфи, отцу не понравится твоё поведение!
— Бежим! — Алфи схватил меня за руку и на ухо шепнул. — Пока они не поняли, что ты целилась не в неё, а в его чёрствое сердце.
Сет уже обнял свою девушку за талию и повёл в гостиную к камину. Туда, где я собиралась признаться ему в любви.
Его поступок разбил меня сильнее, чем любая фоторамка.
Финал (он же начало новой жизни)
Я ворвалась в спальню и рухнула на кровать. Слёзы катились по лицу, обжигая кожу. Алфи влетел следом, а за ним — мама с её вечными «я тебя понимаю» и историями о первых разбитых сердцах.
— У Сета девушки меняются чаще, чем мои носки, — бубнил Алфи, пытаясь разрядить обстановку.
Но мне было не до смеха. Я резко поднялась, подошла к камину в родительской спальне и швырнула в огонь дневник с планом «Как завоевать Сета». Страницы вспыхнули мгновенно, превращая мои глупые мечты в пепел.
А после вернулся привычный беспорядок: разбросанные вещи и мой личный хаос. Единственным напоминанием о Limited Edition «Сет Эванс, иди к чёрту» оставалась подушка, пропитанная слезами. Моя первая любовь оказалась недопечённым безе — хрустящей снаружи, но сырой внутри.
Папа был прав: учёба — лучшее лекарство от душевных ран. И где, как не в Биаррице, можно начать всё заново?
Советы от Айви Патель:
Сердце — не губка. Не пытайтесь его выжать и повесить сушиться — оно заживает само. А если ваш «принц» выбирает кукол из журналов — это его потеря, а не ваша. Настоящая любовь не требует, чтобы вы взрослели. Но если уж очень хочется… расти в ту сторону, куда зовёт мечта.
Глава 2: «Любовь меня вскружила»
Десерты от Айви Патель съедены. Надеюсь, вам не жаль калорий. Переходим к напиткам.
Шампанское с тоником — мой личный наркотик. Две дольки лайма, веточка мяты, взмах ложки — и вот он, идеальный баланс между «праздником» и «катастрофой». Пьётся на одном дыхании — как те сообщения, на которые он так и не ответил.
У Сета, конечно, виски. Старомодный, односолодовый. Обожаю целовать его губы после — холодные, пропитанные дубом бочки и снисходительностью взрослого мужчины.