Она весело взглянула на него:
— И это говорит человек, нарезающий лук аккуратнее всех в мире!
Эндрю почувствовал, что у него вот-вот покраснеют уши, и неуверенно промямлил:
— Ну да… у меня такая бабушка была…
— Точно, — задорно перебила она его. — Вы смотрели через плечо бабуле, а я — родителям.
Она сделала широкий жест рукой, который будто охватывал весь ресторан:
— Я ведь выросла в «Крэб Инн». В него столько труда вложено!
Эндрю не хотел показаться слишком любопытным, но все равно спросил:
— Несмотря на то что вы здесь только помогаете, работы у вас невпроворот…
Она старалась ответить небрежно, но Эндрю заметил, что девушка чувствует себя неловко:
— Обычно о делах в ресторане заботятся родители. Но мать сейчас заболела и проводит много времени в больнице, поэтому мне приходится работать здесь за всех.
Эндрю сглотнул и пробормотал:
— Простите, Брук. Я не хотел…
— Ничего страшного.
Она слегка улыбнулась, и это должно было убедить его, что все в порядке, но Эндрю не купился на такую беззаботность. Он произнес как можно деликатнее:
— Если я буду слишком любопытным, смело мне об этом говорите.
Одна темно-русая бровь поднялась вверх, и Брук иронично поинтересовалась:
— А до этого я часто сдерживалась?
Он фыркнул и передразнил ее, тоже подняв одну бровь:
— Не припомню.
— Вот видите! — Она довольно склонила голову набок, поставила бокал на стол и продолжила откровенный разговор:
— Год назад у моей матери обнаружили болезнь почек. С тех пор я здесь и работаю, так сказать, в полную смену. Раньше я помогала время от времени. Обычно делами «Крэб Инн» занимался отец, но сейчас он в основном тратит время, чтобы сопроводить мать в больницу: ей нужно делать гемодиализ несколько раз в неделю.
От таких слов Эндрю даже осел. Он откинулся на спинку стула, чтобы взглянуть на девушку, которая удивительно открыто посмотрела ему в лицо.
— Собственно, я внештатный корреспондент и пишу для разных местных газет в округе. Они небольшие, да крупных изданий у нас в Мэне и нет. Мне всегда это нравилось.
— А теперь вы должны здесь готовить, — спокойно подвел он итог.
— Я не должна, — поправила она его. — Я еще с детства не хотела идти по стопам родителей. Мечтала стать знаменитой журналисткой. Но я всегда любила «Крэб Инн». Мне вообще не в тягость здесь работать.
— Хотели стать знаменитой журналисткой?
Девушка снова весело закатила глаза:
— Каждый студент, занимающийся журналистикой, мечтает о такой карьере, как у Кристиан Аманпур[11] на CNN. Но вот только многим ли такое удается? В конце концов, большинство пишет для бульварных листков.
— А вы больше не пишете?
— Иногда еще принимаю заказы. — Она быстро облизала нижнюю губу. — У меня просто не хватает времени. В прошлом году из-за болезни матери нам пришлось уволить несколько сотрудников, просто чтобы заплатить за лечение. А это значит, что мне одной приходится справляться со множеством задач.
— Как сегодня.
— Как сегодня, — спокойно подтвердила она.
Эндрю и сам не знал, почему его так интересует «Крэб Инн»:
— У «Крэб Инн» есть потенциал. Наверняка вы могли бы увеличить прибыль.
— Точно могли бы, — ответила она, — к тому же сезон только начался. Но в основном планы о переменах терпят крах.
Дрю набрал воздуха в легкие и хотел что-то сказать, как вдруг она его опередила.
— Конечно, вы были правы, когда говорили, что «Крэб Инн» нужно отремонтировать, но теперь вам наверняка ясно, что приоритеты у нас сейчас в другой области. — Она, очевидно, высказала его мысль.
Эндрю не думал, что девушка намеревалась вызвать у него угрызения совести, но он виновато вздохнул:
— Забудьте мои слова, Брук. «Крэб Инн» — великолепный ресторан.
Ее смех был по-настоящему милым:
— Ради бога, вам не стоит все приукрашивать только потому, что моя мать больна.
— Брук…
— Факт остается фактом, нам нужно давать больше рекламы и осовременить заведение, — весело подмигнула она ему.
— Вы обиделись на мои комментарии, — воскликнул он. Эндрю исходил из того, что она подшучивает над ним.
— Нисколько. — Ее лицо выглядело абсолютно серьезным. — Вы ведь рассказали мне то, о чем я давно знала.
Эндрю вздохнул:
— Нет, вы все же обиделись на мои комментарии. Вы были оскорблены.
Брук вздохнула и сунула руки в карманы поношенных джинсов:
— После двенадцатичасового рабочего дня я была просто в нокауте, я почти заснула за рулем и чуть не столкнулась с вашей машиной. А когда вы потом скорчили заносчивую мину, завидя «Крэб Инн», да, я, возможно, немного обиделась.