Таки крашу губы. Теперь я однозначно выгляжу как очень дорогая проститутка, эскортница. Не вульгарно, не пошло, но нарочито сексуально и слишком шикарно. Мне претит так одеваться! А еще я ненавижу мех. Ненавижу изо всех сил, потому что ради него убивают животных, которые не используются в пищу. Это неправильно.
Спустя час, собрав в кучу все мыслимые и немыслимые эмоциональные ресурсы, спускаюсь к подъезду. Меня ожидает темно-синий блестящий внедорожник марки Инфинити. Василий открывает мне заднюю дверь и помогает забраться внутрь. На сопротивление еще и его заботе сил у меня уже нет.
В клатче вибрирует телефон. Вынимаю — сообщение от Ростовского. Не хочу читать, но не читать страшно. Открываю и забываю вздохнуть от нового требования.
______________
15.
Алина
Несколько раз читаю сообщение в три строчки. «Вы скоро приедете. Я хочу, чтобы ты сняла трусики и положила их в карман шубы. По приезде отдашь мне».
Он знает, что я уже в пути. Наверняка потребовал именно сейчас, чтобы я сделала это при водителе. И даже не написал, что мне грозит в случае отказа, но я уже знаю, что он не простит неподчинения, накажет, и это однозначно будет хуже, чем если бы я подчинилась. Такой его метод. Насилие и за неподчинение еще большее насилие. И физически он не причинял мне страданий. Они все на эмоциональном уровне, на порядок острее и больнее, если бы он меня просто ударил или натурально изнасиловал.
Чулки на силиконе, поэтому пояс я не закалывала. Приподнимаюсь на сиденье, упираясь пятками и лопатками, аккуратно проникаю под подол платья через разрез и стягиваю трусики. Щеки полыхают огнем, и я то и дело бросаю взгляды в зеркало заднего вида, пытаясь определить, видит ли меня водитель. То, что он ощутит движение и возню — наверняка.
К счастью, Василий насупленно смотрит только на дорогу. Или он правда не заметил того, что я делала, или он проинструктирован вести себя так. В любом случае, маленькие кружевные стринги оказываются у меня в кулаке. От бессильной ярости сжимаю их со всей силы и прячу в карман. Я снова прогнулась. Ростовский в очередной раз меня продавил.
Даже не смотрю по сторонам. Нет смысла знать, куда я еду. Меня привезут туда, куда нужно Ростовскому, и я пробуду там ровно столько, сколько он захочет. Я не решаю вообще ничего.
Машина останавливается где-то в центре, но я не узнаю мест. Василий помогает мне выйти и ведет к красивой дубовой двери с массивной ручкой. Жмет на единственную кнопку серебристого домофона и в ответ на дежурное «Да?» произносит:
— Девушка к Роману Родионовичу Ростовскому.
Дверь открывается, и Василий аккуратно подталкивает меня в спину. Переступая порог, оказываюсь в интимно освещенном холле, и дверь закрывается. Навстречу выходит красивая девушка в строгом длинном платье. Здоровается и обещает провести меня к РРР. У меня все большее ощущение, что я выгляжу, как шлюха. И по представлению Василия, и по холодности девушки-администратора. Но выбора нет, я плетусь за ней сквозь большой зал со столиками, наполовину заполненный людьми, в отдаленную часть, где начинаются, похоже, приватные комнаты. Администратор доводит меня до одной из филенчатых темных дверей и приоткрывает ее. Со словами «Вам сюда» уходит.
Сердце пускается вскачь и даже в ушах поднимается шум крови. Я снова не представляю, что меня ждет, но точно знаю, кто, и страшно испытывать его терпение. Толкаю дверь и вхожу в VIP-комнату.
Тут все прилично. Комната на удивление просторная. Интимное освещение, по центру круглый стол, с несколькими стульями, один из которых занимает Ростовский. С потолка свисают модерновые светильники, похожие на свернытые в рулоны золотые листы.
Ростовский встает и подходит ко мне. Пиджак, небрежно расстегнутая на две пуговицы рубашка, поблескивающая в слабом свете пряжка ремня. Он останавливается напротив, окутывая меня запахом своего крышесносного парфюма, смешанного с его собственным очень мужским ароматом, и делает движение, чтобы обнять меня за талию. А потом я чувствую, как его руки проникают в карманы полушубка.