______________
Ростовский Роман Родионович
37 лет. Образование высшее. Первое — экономическое, аудит, второе — Московская Бизнес Академия.
Владеет сетью аптек «Добрый доктор» и фармацевтическим производством, которое наряду с обычными лекарствами производит дженерики дорогих европейских и американских препаратов.
Эстет, увлекается фотографией.
4.
Алина
— Я никуда с вами не поеду! — чеканю срывающимся голосом. — Вы меня похитить собираетесь?
Роман Родионович усмехается и делает взмах рукой в мою сторону.
— Сав, проводи, пожалуйста, девочку в мою машину, — потом поворачивается ко мне. — Поедешь, если правда хочешь без полиции обойтись. Полтора миллиона не шутка.
Сникаю. Угроза бьет в самое сердце. В душе белесым дымом стелется слабая надежда, что он предложит мне должность, на которую я гожусь по итогам его быстрого осмотра, но что-то подсказывает, что это будет вовсе не та работа, на которую я захочу согласиться.
Савелий Игнатьевич без возражений поднимается из-за стола и подходит ко мне. Прикасается к локтю, но я выдергиваю руку и вскакиваю.
— Сама пойду, — скрежещу сквозь зубы и иду к двери под внимательным взглядом Ростовского.
Раз отвертеться не выйдет, хотя бы узнаю, что от меня хочет генеральный.
Внизу на парковке Его Величество уже ожидает роскошный внедорожник. Водитель — или помощник — стоит у капота и, когда Савелий Игнатьевич подводит меня к задней двери, открывает ее мне. Ростовский загружается назад с другой стороны. Водитель садится за руль, и машина выезжает из паркинга.
В замкнутом пространстве салона начинаю ощущать запах горького древесного парфюма, которым пахнет Ростовский. Очень приятный и нестандартный аромат. Не дешевый директорский, не сладкий, не свежий, а пряный прямо.
Сам Ростовский не обращает на меня внимания, что-то набирает в телефоне, будто с кем-то переписывается. Потом вдруг прислоняет телефон к уху и звонким голосом, едва сдерживающим негодование, произносит:
— Миша, что ты несешь? Как это, они договор не подписали? Какие еще условия? — слушает ответ. — Вот что. Ты сейчас поедешь туда и добьешься подписания. Упасть можно, но не больше, чем на двадцать процентов. И то в крайнем случае. И без подписанного договора не возвращайся.
Отключает звонок и снова, как ни в чем не бывало, возвращается в холодно-отстраненное состояние.
Машина останавливается у ресторана неподалеку от Мухинской академии.
— Приехали, — произносит Ростовский, убирая телефон в карман пиджака. — Думаю, ты не откажешься со мной поужинать.
Не похоже, чтобы у меня был выбор. Ничего не отвечаю. Позволяю Анатолию вытащить меня из машины и жду, пока главный монстр вечера поведет меня в ресторан.
Внутри у гардероба нас встречает милая девушка-хостес и предлагает раздеться. Я снимаю пальто и собираюсь ей его передать, но Ростовский перехватывает мое движение и сам вручает девушке нашу верхнюю одежду. Она вешает ее в гардероб и провожает нас в просторный зал, заставленный круглыми столами, которые покрыты белыми скатертями.
Ростовский просит посадить нас к окну, и мы оказываемся в самом дальнем углу ресторана.
— Что предпочитаешь, рыбу, мясо или птицу? — спрашивает почти галантно, будто у нас тут романтический ужин.
— Я не голодна, — отвечаю сдержанно, хотя желудок урчит. Спина сама вытягивается в ровную линию.
Он улыбается уголками губ и снова прищуривает желтые глаза. Тут к нам подходит официант, чтобы выдать меню. Ростовский делает останавливающий жест, отказываясь.
— Девушке куриное фрикассе с шампиньонами и шпинатом, мне как обычно, — произносит тоном завсегдатая этого места. В качестве аперитива он просит вино с замысловатым французским названием. Даже не слушаю. И пить не буду. Как и есть.
— Расслабься, Алина, — лениво-спокойным тоном продолжает он. — Разве здесь не уютно?
Молчу, считая вопрос риторическим. Я бы предпочла забиться в дальний угол своей съемной комнаты и забаррикадироваться подушками. Меня невыразимо напрягает его внимание. Он вроде просто смотрит, но так пристально, что его взгляд скользит по коже, точно шершавый язык.
До появления на столе вина мы сидим молча. У меня вообще возникает чувство, что он взял меня с собой просто полюбоваться. Не понимаю только, на что. Я совершенно обычная девушка. К двадцати трем умудрилась сохранить узкую талию и выпирающие косточки только благодаря быстрому метаболизму. Волосы свои, светло-русого цвета. Глаза карие, как у многих. Я вообще не выделяюсь среди среднестатистических девушек, а за все, что во мне есть плюс-минус симпатичного, я должна благодарить природу и наследственность.