Она всплеснула руками в возмущении и уставилась на меня с укором. А я что? Это она тут непонятно чему рада, я, в отличии от нее, обладаю здоровым скептицизмом.
Я решила, что сейчас препираться не время, важнее узнать, что же происходило дальше.
— Да ладно тебе, Лесс, продолжай, — попросила я и взгляд ее оттаял.
— В общем, господин приказал вылечить тебя и выделить тебе отдельную комнату, а того торговца казнили за то, что не платил налоги.
После ее слов я задумалась. Торговца казнили, а меня вылечили… Стоп!
— Это же сколько я тут валяюсь? — воскликнула я.
— Пятый день уже, — ответила она. — А ещё господин просил, чтобы ты явилась к нему, как только очнёшься. Я приготовила тебе одежду, так что, собирайся.
Я глубоко вздохнула и всё-таки поднялась, а затем и слезла с кровати. Ноги с непривычки подогнулись, но я смогла с ними совладать. Лесса протянула мне стопку вещей, а я обратила внимание на её одежду. Типичное такое, каноничное даже, платье служанки: темное простое платье ниже колена и белый передник. Как оказалось, мне она дала такое же. Затем протянула мягкие туфли.
— Я подожду тебя за дверью, — и Лесса выпорхнула из комнаты.
Я вздохнула и огляделась вокруг. Светлая комната с большим окном и только самой необходимой мебелью. Ну, и на том спасибо. Быстро переоделась и вышла. Пока Лесса вела меня к этому господину, я думала о всём произошедшем со мной. А можно ли сказать о том, что я понятия не имею, как я оказалась в этом мире? Да и вообще, то, что я не местная? Наверное, всё же не стоит. Мир-то явно отсталый, сожгут ещё на костре… Как же её? Святой инквизиции, во! Как же я после такого жить-то буду? Вот именно, никак! После сожжения, люди, обычно, не живут. За размышлениями не заметила, как Лесса подвела меня к какой-то двери. Дверь была выполнена из тёмного дерева, массивная такая, добротная. Такую, наверное, без должной тренировки и не откроешь.
И почему я вообще думаю о таких мелочах в такой-то ситуации? Видно, болезнь дала свои плоды, и шарики за ролики стали слегка заезжать. Ну, ничего, случается. Досадно, конечно, но переживу.
— Пришли, — шепнула она, а после постучалась.
— Войдите, — послышалось из-за двери.
Подруга открыла дверь и вошла, я же последовала за ней. И так легко Лессе дверь эта поддалась, что я даже удивилась. Вот только не время удивляться. Соберись, Настя! Я огляделась. Большой кабинет, обставленный мебелью из такого же темного дерева, но больше всего взгляд привлекали огромные шкафы, полностью уставленные книгами. Камин, а рядом с ним пушистый ковёр. В центре всего этого великолепия располагался большой рабочий стол, за которым сидел тот самый господин.
Он поднял глаза на нас и сказал:
— Спасибо, Лесса, можешь подождать подругу за дверью.
Она робко улыбнулась, поклонилась и вышла. А я почувствовала себя мышью, угодившей в лапы к коту.
— Садись, — мне кивнули на кресло напротив стола.
Я подошла и осторожно опустилась на краешек. Понятия не имею, куда делась моя самоуверенность.
— Значит, Анастасия, — я медленно кивнула. — И родом ты не из Балтимора?
— Нет, — пискнула я.
Господи, да что со мной? Он смотрел на меня пристально, будто выжидал что-то. А я ничего, кроме глаз его и не видела. Орехового цвета, чуть прищуренных… Настя, тряпка, соберись!
— Анастасия, — ещё раз он произнес моё имя, будто пробовал на вкус. — Откуда же тогда ты?
И смотрит на меня, смотрит! И что мне отвечать на это?
— Я… Я не знаю, — чуть помедлив, всё-таки ответила.
— Не знаешь? — бровь господина, имя которого я уже благополучно забыла, приподнялась.
— Не помню, — выдохнула я.
Импровизация — всё же не моё, да и врать я тоже не умею. Это провал!
— И как же ты оказалась на невольничьем рынке?
— Помню, что очнулась уже в телеге вместе с Лессой и другими, потом уже поняла, куда нас привезли.
Он задумался.
— Ты говоришь с акцентом. Да и имя у тебя необычное. Приплыла с Югнея?
— Югней? — уточнила я.
На меня посмотрели уже совсем странно, и я поняла, что сейчас выдам себя с головой.
— Южный континент. Неужели и этого не помнишь? — он немного помолчал, а после продолжил, — Раз наш язык для тебя неродной, то какой родной?
— Я не помню, — опять повторила я.
Тактика выбрана — иду в отказ, глухой отказ, что бы не спрашивали.
Он снова замолчал и чему-то кивнул.
— Понятно. Я буду звать тебя Наста. Не против? — я мотнула головой, а он продолжил. — Теперь ты будешь жить и работать здесь. Жалованье будет выдавать тебе ежемесячно управляющий. Пусть твоя подруга тебя отведёт к нему, узнаешь об обязанностях. Всё поняла?
— Да, господин…
— Вимано, — с усмешкой подсказал он.
— Вимано, — повторила за ним.
Он лишь махнул рукой, отпуская меня. На негнущихся ногах вышла из кабинета и наткнулась на взбудораженную Лессу.
— Ну, что там? — выдохнула она с нетерпением.
— Кошмар!