{13 См. ниже, § 48.}
39. Так, далее, Ромулу, — это мой сверстник, из состоятельная человека из когда то богатого дома сделавшийся бедняком, — я по обычаю пришел на помощь ходатайством перед правителем, чтобы он не отставал в благодеянии ему от прежних. А он, вняв моему уговору в дав мне эту похвальную милость, после изменил свое отношение и становится одним из противников Ромула [14] и, когда тот требовал суда по предмету его обвинения против него, приказал слугам толкать его и валить на пол. Но те оказались более милосердными, и одно сделали, вытолкали, другого унижения не прибавили. 40. Но, не смотря на то, он желает, чтобы утвердилось мнение, будто он почестями мне превзошел все те, какие оказываемы были мне раньше. Но того не дозволяет Ромул, которого снова заставляют отправлять на кораблях хлеб [15], в то время как его нельзя было в тому принуждать, в виду гнетущей его бедности. Однако он выслушал определенное заявление, что необходимость этого дела все равно заставить отправить хлеб, а меня, к величайшему моему бесчестию, пошлет в Италию по доносу в том, что я пускаю в ход против дома императора гадание [16], желая знать то, чего знать не следовало бы. Он прибавлял к этому, что, если бы я и спасся, путешествие это для меня страшнее смерти. 41. Итак я просил его следовать прежним примерам, которые освобождали Ромула вследствие крайней его бедности. С трудом уступив мне в том и принудительно остановив взыскание, и прекратив настойчивое требование, он тотчас же, на следующий день снова обязал его к тому же, как будто ночь была ему в том советчицей. И второе требование было гораздо суровее первого. Там приходилось слышать угрозы слуг, здесь стоять пред судом, подвергаться окрикам судьи, при чем затылку доставалось от рук сыщиков.
{14 Срв. § 62. 0 Ромуле см. также, ерр. 807. 808. 809, по Seeck'y (S, 452.) 388-го года, где говорится о бедности и о справедливых претензиях хула, судя по 809-му письму, неудовлетворенных и после ходатайств а Либания.}
{15 О литургии οιτηγίας, хлебном транспорте, срв. еще фр. 210 об Антонине, «которого снова заставлять везти хлеб» (σιτηγεΐν), к Евфимию, может быть {Steel-, S. 136), conies largitionnm per Orientem., 360-го r. Ep. 878 о сыне Либания Арабии, который, «убоявшись кораблей, и хлеба, и моря, а также бичевания, сопряженного с званием сенатора,.... одно находит убежище — пояс и пост начальника», 390-го года (Seeck, S. 457). Ер. 1524 о Саприкии, в Галатию, консуляру Леонтию, 365-го г. (Seeck, S. 438). Срв. Waltzing, Corporations romaines II 13.}
{16 Срв. об этом процессе против Либания ер. 764 и ряд других, отмеченных Seeck'ом, S. 446. Срв. еще Seeck, S. 148. В тесной связи с переводимым местом речи стоят начальные слова ер. 764-1 о (Seeck, S. 449, летом 388-го г.): «Я знал, что ты возненавидишь того человека, много делавшего вопросов, против меня направленных, и чуть не ударами принудившего Ромула показать нечто на меня, чем он рассчитывал повредить мне».}
42. Вот другой случай, раньше этого, где опять фигурируют сыщики. Один мим, желая пригрозить продавцам овощей, чтобы они давали ему деньги по его требованию, пустил на них какое то злостное изречение. А он, последовав в этом наущению презренного мима, будто какого либо добропорядочная человека, ночью устроил на этих продавцов облаву, предоставив их погрому воинов. Когда начальник огородников, сенатор, позвал меня на помощь, я явился. Как же не должен был я явиться, когда с их стороны и преступления не было, если они и погрешили в чем-нибудь незначительном, при чем виною были обстоятельства? 43. Итак придверники надеялись, что одно мое по-явление немедленно прекратить ужас положения, а он, когда уже я был в доме, вводить сенатора при криках, потрясающих сердце. И опять десницы сыщиков на затылке. Это было нечто необычное и впервые тобою применявшееся, в случае, если кто-нибудь посторонней являлся на помощь, но вызвавшим гнев был я, чтимый тобою. Ты, в то время, как я тут же сидел, обнажал грудь, плечи, спину, живот несчастных, а одного из них, разложив, истязал бичами, что мне и во сне было невыносимым [17], так что в своем смятении я подносил руку к бьющемуся сердцу. 44. Вот чем угождал он моему зрению и слуху и, когда меня выносили, он отпустил на счет меня слова, наносившие большое бесчестие, не лучше того, какое досталось мне перед моим приходом. О том и другом я узнал впоследствии, при чем некто из моих знакомых и сообщил мне о них, и советовал не посещать его, и не просить его ни о чем.
{17 Срв. речь о заступничестве за Антиоха, orat. XXIX § 12, vol. III pg. 68—69, у нас, стр. 126. Ер. 783, начало: «Знаешь, какое чувство я испытываю перед несчастьем других, и, если увижу кого-нибудь уязвленного судьбою, жалею, и если чем могу облегчить, не колеблюсь». Срв. стр. 75, 2.}