{5 т. е., «камни», «труд», «издержки».}
21. Кто, в самом деле, вынесет то, что получится? Кто — толпу, которая вторгается? Кто не сочтет, что вестник, поминавший о спокойствии, говорит пустое? Кто побоится жезла? Кто сохранить уважение в воину? Кто к самой власти?
22. Ведь они сознают, что, если он не будет рабствовать перед столькими зрителями, оглушенный криком, удалится, считая достаточным для себя спастись, предоставив их изволению судьбу атлетов. Действительно, самая величина театра привлечет людей несправедливых к участию в том, что там происходить. И теперь, конечно, участвуют, но не столько народу, будет же участвовать, благодаря прибавляемым частям, большее количество, а убыток тут в самом превосходстве числа.
23. Зачем же, расхаживая кругом, вы говорите: «Застав город малым, Прокл сделал его великим»? Я, — и факты свидетельствуют за меня —, утверждаю, что в этой области он сделал его меньшим. Ведь, строя подобное здание, он уничтожает важнейший пункт славы города, а скорее вместе с камнями усугубляете погибель, к порче со стороны предшественников, подбавляя новую, так, чтобы впредь не было никакого промежутка между театром Диониса и театром Зевса Олимпийского.
24. Следовало, в самом деле, из всех мест праздника быть изгнанным этим неблаговидным беспорядкам и ни в одном из этих трех помещений не иметь места никакому превышению закона, и если все уступает угождению в каждом из них, это по крайней мере сохранить здравым.
25. На самом деле, если сильнейший недуг не овладеет и им, это признается несчастьем. Ведь город, говорят некоторые, преуспел в численности населения. А я желал бы, чтобы несчастья в прочих городах не увеличивали число людей [6] но чтобы каждый сохранил свое на-селение и у нас было меньше, а не настолько больше. Но потому, что те люди, которых изгнало из дому бедственное положение, стеклись сюда, из за этого не поднимать же нам в высь этот театр?
{6 οώμα, срв. orat. XLIX § 8 etc}
26. Право, не подобает, чтобы искание ими убежища у нас стало во вред Олимпиям. Но пусть поселяются здесь бегущие из других мест, однако при этом не погибает та часть празднества, которая в своих обрядах заключает больше всего величия.
27. Сверх того, и при тех первых, не одни сидевшие тут населяли город, но при значительности их числа, — ведь не бывало времени, когда бы население города было невелико — являлось посмотреть обряды не большее число, чем подобало. Как же станем мы чтить этих пришельцев бесчестием празднику, когда те подчинялись установленному порядку? Как же заставят нас эти увеличить размеры театра, когда тогдашняя толпа не принуждала правителей увеличивать его?
28. Следовательно, нельзя Проклу делать его столь просторным, чтобы он мог вместить всех, если бы даже он желал быть в состоянии все сделать. Но этим не наносится обиды тем, кто не будут созерцать, когда они могут назвать людей, которые были зрителями. Ведь если бы и эта часть публики не была зрителями, она не могла бы претендовать. Были, Прокл, и в древние времена камни и эта гора с её каменоломнями, и искусство строителей, и другие руки, и телеги, и балки, и канаты, но не было тех доводов, которые могли бы склонить к тому, чтобы сделать зрелище достоянием большого числа людей.
29. Ты же думаешь массою людей способствовать блеску Плефра, мнение — неверное. Далее, ты видишь, что, когда начинаются Олимпии, мы уменьшаем в городе скопление людей, изгоняя большинство из лицедеев сцены, публичных женщин и гетер, и сводников. А между тем следовала бы, если бы чем больше, тем было бы лучше, озаботиться тем, чтобы присоединить из других мест еще людей.
30. На самом же деле, когда предоставляем Дафну одним мужчинам, а женщин держим вне её пределов, что делаем? Унижаем Дафну? Делаем более священной, конечно, так как мы даже пролили слезы, когда нечестивый муж понудил нас к тому, что мы не были в состоянии выдворить всех. Однако, в виду присутствия женщин, в Дафне в то время было больше народа, но все же мы проклинали дерзкого, и не бесплодно, как показал способ его смерти. Прижав концы пальцев ног ко лбу он долгое время сохранял сознание своего положения и призывал смерть.
31. Иной может усмотреть это и из того, что бывает с атлетами, когда одних вводить своим возгласом вестник, а других — нет, своим молчанием, при чем то и другое определяется испытанием их. Между тем их было бы больше, если бы не было испытания. Но с лучшими выступали бы и худшие. Итак меньшее оказалось лучше большого.
32. Зпая это, элейцы гордятся тем, что у них едва выступает на состязания семеро. Подобное же наблюдается и в Дельфах. У других же — толпы состязателей, для состязания коих является потребность во втором дне, но известность уже не та, и нет никого столь бесстыдного, кто бы, сопоставляя атлетов по числу, захотел бы этих поставить вперед тех, у кого их выдвигается немного.