5. Отцом обвиняемого был Менандр, первое лицо в Коринфе, друг Гекате и Посидону, плававший на Эгину ради её оргий, ездивший на Истм ради его мистерий, на острове глава религиозного товарищества, на полуострове соучастник такового в числе меньших, входивший в состав великого совета.
6. Когда же он стал отцом, после рождения Аристофана, проявил такую любовь к городу, что добивается лучше быть членом местной курии, чем римского сената. Но Аристофану судьба воспрепятствовала последовать примеру отца, как ты узнаешь это в течение речи. 7. Быв, таким образом, сыном его и сестры философов, разумею Геиргя и Диогена, он получает воспитание на их руках, обучение же искусству слова, и привычке надлежаще тратить средства — от отца, проходя все виды расхода, с каким соединено почитание богов. Знает это Деметра, и Кора, и Сарапис, и Посидон, и владевший Лерной Иакх и, сверх того, многие другие демоны, по отношению к коим он все щедро оплачивал. 8. И расходуясь, государь, дошел он до повинностей так называемого претора, и я сам видел его в этом наряде провожаемого славословиями, на возвратном пути из Лакедемона, еще не будучи знаком с юношей и не зная, буду ли когда, но считав его счастливым в том, что, будучи столь молодым, он обладает от города таким почетом, заботами [3] о нем отца. 9. Менандр еще был в живых, и ему следовало бы дожить до преклонной старости. Конечно, Аристофан избег бы тогда многих заблуждений, многих опасностей, одних случавшихся в пути, других в судах, по несправедливости, и был бы скорее в числе лиц влиятельных в Коринфе, чем в числе людей, преклонявшихся перед чужим влиянием.
{3 έν. Значение и употребление предлогов у Либания приближается к позднейшему, византийской поры. Употребление здесь предлога έν срв. 241, 12, 391, 15, 554, 3, vol. Ill 315, 17, 329, 10, IV 218, 13, 251, 12. Тоже ύπό vol. II 109, 22.}
10. Из за чего же он выбыл из подобающего ему общественного положения и, бежав жизни декуриона, перешел в звание воина? Евгений малый становится великим у Константа. На основании некоего брака получив бесстыдный повод в оспариванию поместий Аристофана, — ты знаешь, что подобные люди на все готовы были зариться, и все расхищали, принуждая или уступать имущество желающему, или наживать себе тяжбу, [4]— Аристофан, на первое не соглашаясь, — убыток предстоял немалый, — а второго опасаясь, уходит в бега из своего города, рассчитывая таким путем сохранить и землю, и жизнь. 11. Какие козни тот на него пустил в ход и как он в попытках получить его в свои руки не воздержался ни от каких средств, о насилии, беспорядках, какими он преисполнил ему поместья и дом, не стану говорить. Если и умалчиваю, ты все равно понимаешь это, зная обстоятельства, в каких жили тогда крупные владельцы [5].
{4 πολεμέιοδαι здесь в смысле άγωνίξεσϋαι.}
{5 οί δνναοτενοντες срв. Monnier, Etudes de droit byzantin, дкт. т. I. стр. 515 сдед.}
12. Очутившись в Сирии, остановившись и отдохнув, он прибегает не к людям более сильным, но к живущему среди книг Фуртунатиану, полагая, что со стороны эллина, — так его следует назвать, — он встретит некоторое внимание. Так и вышло. Услыхав, откуда он явился и как, что вытерпев и чего опасаясь, он принимает человека с обходительностью и путем звания [6] ставить его в безопасное положение [7]. 13. А он, будучи уже воином, без физической подготовки к таким трудам, не раз на конях проезжал по населенному миру, внося быстроту в случаях настоятельной потребности, и ничего из того, что необходимо было узнать поскорее, Констанций из за его медлительности не слыхал позже, чем следовало, разве если случалось ему, упав, получить увечье, что и само признак поспешности.
{6 σχήμα в смысле звания, должности срв. ЮЗ, 8; 211, 3; 281, 204, 10, vol. III 90, 17; 443, 11; 480, 3; IT 362, 4.}
{7 ά'όεια давала служба agentls in rebus, αγγελιαφόρου. О нем см. orat. XVIII § 135. и дрр. м. м.}
14. Получая похвалы за труды, он отказывался от предлагаемого заработка, и нет никого, кто покажет на него как не бывавшего в действительности наблюдателем над мулами [8], вестником префектов, курьером победы, как не исполнявшего на самом деле ни одной из подобных служб, что города губило, а мнимых служак отправляло с повозками, нагруженными золотом [9]. Но Аристофан не пожелал присоединить к отцовским таких денег, но содержал себя на чужбине на свои средства и избежать опасности считал достаточной и подобающей свободному человеку выгодой.