В те секунды, пока они сближались, Роман успел разглядеть двух грифонов, белого и красного, на груди предводителя. Но времени, чтобы вспомнить, какому дому они принадлежат, уже не осталось.
– А-а! Засада! – закричал рыцарь. Надо отдать ему должное, он моментально сообразил, что произошло. – Ударим все вместе!
Два отряда столкнулись. Схватка началась сразу же, без раскачки и прелюдий.
Роман успел обменяться выпадами с вражеским предводителем. Но и тот не сплоховал. Каждый из них нанес удар, и каждый принял его на щит.
А набравший разбег конь уже протащил Романа дальше. Будь у противника лишнее время, сумей они перестроиться, и шансы на победу у них бы появились. А так, увлекшись погоней, они невольно растянулись на дороге, потеряли строй, да и появление речных рыцарей стало для них полной неожиданностью. Они смешались.
Роман что-то яростно кричал и раздавал удары направо и налево. В узкую прорезь шлема вид был так себе, но некоторые детали он все же замечал. Ригер приласкал молотом красно-белого грифона и выбил того из седла. Кокс вертелся, как злая оса, огрызаясь и крича. Фрей завалил одного из всадников, но и сам пропустил удар и буквально сполз на землю. Карстарк сражался зло, со страстью, выплескивая накопившейся гнев и расплачиваясь за долгий плен.
«Не затоптали бы» – успела промелькнуть мысль. Вокруг шла жаркая рубка. Копейщики рассыпались и кололи, не разбирая, где человек, а где лошадь. Вдобавок, на склонах холма появилась подмога. До сего момента они лежали и прятались, но сейчас разом вскочили на ноги и с ревом устремились вниз, на помощь.
С одной стороны в бой вступили Сияющие Знамена, а с другой сир Ческар и многочисленные стрелки, которые принялись закидывать арьергард врага стрелами, сея панику и страх.
Чей-то клинок проскрежетал по наплечнику. Копье пропороло форель на сюрко и бессильно лязгнув, скользнуло по кирасе. От удара Роман пошатнулся. Лишь седло с высокой лукой позволило ему усидеть. В следующий миг он привстал в стременах и сверху вниз обрушил мощнейший удар на противника. Тот принял его на щит, и что-то прокричав, с азартом принялся орудовать копьем.
Самое главное в бою – не терять хладнокровия. В самом начале подобное давалось с трудом. Сейчас же, немного освоившись и поучаствовав в различных схватках, Роман уже не ловил таких диких выбросов адреналина. И пусть он не дотягивал по мастерству до многих и многих бойцов, холодная голова на плечах позволяла хотя бы частично компенсировать сей досадный пробел.
Тем временем их ошеломительный и совершенно неожиданный удар принес свои плоды. Враги окончательно смешались, потеряли боевой дух и вот уже один за другим принялись заворачивать коней. Часть из них была в шлемах, и их головы скрывало железо. Но на лицах тех, у кого амуниция была попроще, отчетливо разливались паника и страх. Они думали лишь о спасении собственных шкур, да и то, что их предводителя одолели и сбросили на землю, не добавляло уверенности.
Никто не видел, что происходило за холмом. Но вот запела звонкая труба. Ее звук обозначал, что Патрек Маллистер с остальными всадниками ударил врагам в тыл.
Соперник Роману попался умелый. Он с каждым ударом все больше и больше забирал инициативу. Да и длина копья давала ему небольшое преимущество. Роман успел похолодеть, невольно подумав, что неужто он просчитался и ему суждено пасть в таком незначительном бою.
Он пропустил несколько ударов, не успевая за ловким соперником. Лишь благодаря превосходным доспехам и той защите, что они давали, он пока еще держался.
К счастью, Ригер и остальные парни пришли на помощь. Рыцаря окружили со всех сторон и он, пропустив с десяток выпадов, захрипел и успел прокричать:
– Сдаюсь! Сдаюсь!
Тристан не успел сдержать последнего удара, который пришелся в шлем, но после него сразу же остановился.
Часть неприятелей, в количестве примерно двух десятков, не пала духом. Понимая, что угодили в ловушку, и победа от них ускользнула, они сбились в один мощный кулак и направили коней с дороги, по холму, наверх, на лучников. Им повезло. Умело и свирепо огрызаясь, они пробились сквозь стрелков и вырвались из окружения. И сразу же погнали коней куда-то на юго-запад.
Роман увидел их прорыв мельком, продолжая находиться в самой гуще боя. Прямо сейчас он ничего не мог с ними сделать.
Разведка докладывала, что Цареубийца послал к Девичьему Пруду около трех сотен всадников. Черная Рыба и Дондаррион подойти не успели, и им пришлось напрячься, собирая людей и переправляя всех, кого можно, из Солеварен.
Никто не был до конца уверен, что у них получится. Но и шанса такого Роман упускать не желал. Именно так и следовало бить врагов – маленькими отрядами, на маршах, из засад, собирая с них кровавую цену за каждый день нахождение на землях Трезубца.