– Пустяки, Эдмар, нас подобным не смутить, – откликнулась Изилла.
– Вот и славно, прошу вас, – Эдмар собственноручно снял ее с лошади и перенес в лодку. Его рыцари с хохотом и шутками проделали то же самое с Сансой и Амаллой. Белмор и Корбрей одновременно нахмурились. Не очень-то им подобное понравилось. Бриенна шагнула следом за северянкой.
От берега разом оттолкнулись свыше десятка лодок и направились к замку.
– Прошу простить, что в Риверран вы въезжаете не через главные ворота, – еще раз извинился Эдмар. Он остался с ними. – К сожалению, война продолжается. И враги не торопятся оставить нас в покое. Но зато вас встретят трубами.
Он махнул рукой. Видимо, за ними наблюдали. Отмашку Талли заметили. В тот же миг десятки труб звонко и горделиво запели со стен и башен Риверрана, приветствуя гостей. С ближайших деревьев взлетели испуганные птицы. Над Великим Чертогом медленно поднялись два знамени – Талли и Ройсов. Изилла почувствовала восторг. Все происходило, как в песнях.
– В Долине до нас дошли вести, что еще совсем недавно ваш замок осаждало войско Цареубийцы, – заметила Амалла.
– Верно. Но как только Ланнистер узнал, что на помощь к нам выступило войско Долины, то отступил к Высокому Сердцу.
– А знаменитый Красный Охотник Тарли? – не унималась любопытная сестренка.
– Ныне он в столице и никак нам не помешает.
– Мы слышали о ваших трудностях, – неожиданно заметила Санса. – Мама писала, что против союза Ланнистеров и Тиреллов мы должны сплотиться и выступить единым строем. Отпустив меня сюда, она просила поговорить с вами. Дядя, как родич Старков, вы должны помочь нам удержать Север и вернуть Винтерфелл.
Изилла кашлянула, пытаясь ее остановить и сгладить резкие речи. Почему-то она знала, что подобные слова не придутся Эдмару по сердцу.
– Санса, я ничего вам не должен, – он нахмурился и сдвинул брови. Улыбка покинула его лицо. Сразу стало ясно, что Эдмар умеет отстоять свои интересы и за словом в карман не лезет. Нет, он не простак, как считала Старк. Он настоящий лорд. И властности в его голосе хватило бы на десятерых.
– Но дядя, мой погибший брат Робб был королем…
– Послушай, две мои сестры, твоя мать Кейтилин и Лиза, приложили все силы, чтобы развязать эту войну. Они на славу постарались! Трезубец захлебнулся кровью, отстаивая интересы Старков. Так что все долги я уже выплатил. И с процентами, на дюжину лет вперед, – Эдмар задержал на племяннице тяжелый взгляд. Она собиралась еще что-то сказать, но смешалась и замолчала. Кивнув самому себе, вполне довольный, что поставил девушку на место, Эдмар вновь улыбнулся. – Не стоит в такой день портить себе настроение. К тому же леди плохо разбираются в войне. Лучше поговорим о грядущей свадьбе.
В Риверране Изилле отвели роскошные покои. Она знала, что они самые лучшие в замке. Девушка помылась и вздремнула после дороги. Перед ужином Эдмар немного показал ей замок и рассказал парочку забавных историй.
Ужин проходил в Великом Чертоге. Рыцари Трезубца и Долины перемешались за столами. Было много шума и разговоров. Эдмар ухаживал за ней, но больше общался с ее отцом – им нашлось что обсудить. Свадебный обряд и пир отложили на завтра, дав возможность гостям отдохнуть после долгого пути. Девушка долго не могла уснуть, представляя, как все пройдет. Ведь её ждал самый важный день в жизни.
Септа Риверрана оказалась небольшой, но уютной. Её окружали гранитные статуи Семерых и деревья.
– Этот сад приказала посадить моя матушка, – успел сказать Эдмар, пока они рука об руку шли по узенькой дорожке.
Септон носил имя Даварольд. Облаченный в белые одеяния, препоясанный разноцветным, в честь Семерых, поясом, он держал в руке посох, в навершие которого был укреплен крупный хрусталь. Он ловил отблески светильников и отбрасывал отсветы на стены и потолок септы. Пахло благовониями.
Изилла вместе с Эдмаром стояли на коленях. Он держал ее за руку. Септон неторопливо пропел семь молитв, а потом они дали семь обетов.
Даварольд семикратно благословил их брак, ходя по кругу и окуривая их душистым дымом из серебряной курильницы.
– Есть ли здесь те, кто считает, что брак лорда Эдмара Талли и леди Изиллы Ройс невозможен по каким-либо причинам? – внушительно вопросил септон, обращаясь к присутствующим.
В маленькой септе вместились не все. Лишь отец Изиллы, ее брат и сестра, Санса, сир Пустозвон, как представитель Белморов, отец и сын Маллистеры, его жена Рослин, Блэквуд с женой, сыном и девятилетней дочкой, веселый Марк Пайпер, Роберт Пэг, Первин Фрей и еще парочка человек.