– Так и будет! – первым закричал Марк Пайпер. Остальные поддержали его слитным ревом.
– Лорд Маллистер, этого жареного лебедя я посылаю вам, – теперь настал черед девушки одаривать знаменосцев мужа. Следом она почтила Блэквуда и Пайпера. И с каждым словом чувствовала себя все более уверенно. Тем более, одобрительный взгляд Эдмара придавал ей силы.
Вино текло рекой и с каждой чашей люди все больше краснели, все громче кричали и все веселее смеялись. Вначале в Великом Чертоге казалось прохладно. Здесь гуляли сквозняки, но с каждым часом становилось все жарче и жарче.
Изилла привезла с собой из Долины знаменитого арфиста Патрика Золотые Пальцы. Так его прозвали за те изумительные звуки, что он умел извлекать из своей арфы.
Первую песню Патрик посвятил невесте. Изилла зарделась, когда в ее сторону обратились сотни взглядов.
Песня отзвучала, и певца закидали монетами. И сразу же перед высоким столом встал Раймунд-Рифмач, арфист Риверрана. Он гордо подбоченился, отставил в сторону ногу и ударил рукой по струнам. Всем видом он показывал, что здешний чертог слышал и не такие песни. И что он, Раймуд-Рифмач ничем не хуже гостя. Он исполнил «Безмолвный обет» и получил свою награду.
Певцы втянулись в соревнование, пытаясь поразить собравшихся своим мастерством. Пели они по очереди, и никто из них не мог доказать, что он лучше.
На хорах играло несколько человек. Там звучали скрипки, били в бубны и дули в волынки. Иногда они подпевали певцам, а иногда и сами что-то исполняли.
Сначала гости хлопали, потом начали свистеть и кричать, а часа через два просто в восторге ревели. Тени метались по стенам, а где-то снаруже, на псарне, выли собаки, поддерживая веселье.
– Муж мой, я приглашаю тебя на танец, – как Эдмар ни упирался, Изилла все же вытащила его в центр зала. Сама она танцевала великолепно. К сожалению, этого нельзя было сказать о ее муже. Танцевать он не умел, плохо помнил последовательность движений и просто ограничивался осторожными переступами, поворотами, полупоклонами и похлопываниями в ладоши.
Выглядел он малость неуклюже, но залу его танец понравился. Стены вновь вздрогнули от криков.
– Мне далеко до моей плясуньи-жены, – Эдмар с улыбкой развел руки, признавая свое поражение и обращаясь сразу ко всем.
– Эд, такой леди не грех и проиграть, – выкрикнул Патрек Маллистер. Он сидел рядом со своей милой женой Рослин. На пиру они, как и молодожены, ели и пили из одной посуды.
– Риверран не проигрывает! – Марк Пайпер собрал вокруг себя нескольких человек. Кажется, там пили на спор, выясняя, какие рыцари, Трезубца или Долины, способны осушить большее число кубков. – Ничего, в кровати ты все расставишь на свои места.
– Лишь бы ваш Эдмар не уснул раньше времени, – показала ему кончик языка Амалла.
– Верно, – ее поддержала леди Смолвуд, а старушка Уэнт захихикала. Санса негромко засмеялась. Женщин в зале было меньше, чем мужчин, но уступать они не собирались.
– Вот и посмотрим, – выкрикнула Рослин. Ее поддержали две кузины из числа Фреев, приехавших на свадьбу.
Вернувшись за стол, Эдмар залпом осушил бокал вина. Пил он не много, и почти не опьянел.
– Ты готова? – он наклонился к ней. Его рука, скрытая столом, сжала ее бедро и медленно стала подниматься все выше. Его взгляд скользнул по ее грудям. – Скоро все начнется. Хочешь этого?
– Хочу! – смело и гордо шепнула Изилла, обнимая его за шею и приблизив губы к уху. Она чувствовала, как краснеют щеки. Собравшиеся радостно вопили и свистели, а рука Эдмара сбивала ее с мыслей.
У Изиллы в Рунном Камне были взрослые подружки. Да и с женой Адара они болтали обо всем подряд. И конечно, она спрашивала их, каково это, чувствовать мужчину и позволять ему делать с собой все самое сокровенное.
В Рунном Камне она целовалась с оруженосцами и молодыми рыцарями. Она принимала их знаки внимания, но лишь до определенной черты. И вот долгожданный момент все ближе и ближе. Она хотела его всем сердцем и немного побаивалась. А вдруг Эдмар будет слишком грубым?
– Весной все девы расцветают, – пел Патрик Золотые Пальцы и человек сто, не меньше, подпевали ему.