Роман перевел взгляд направо. Лучники заняли соседний пригорок. Командовал ими Энгай. Ранее он воевал с Черной Рыбой и был один из тех, кто доставил его тело в Девичий Пруд. Там он и оставался до тех пор, пока из Долины не выдвинулось войско, к которому лучник и присоединился. Роман приказал ему перебраться в Риверран, рассчитывая, что благодаря своим умениям тот сможет многое сделать на стенах замка. А сейчас Энгай показывал свое мастерство в чистом поле. Со стороны его движения буквально завораживали своей экономностью и плавностью. Лучник выпускал стрелы с невероятной скоростью и напоминал швейную машинку. Он опустошал колчан за колчаном с какой-то запредельной скоростью и почти каждый его выстрел обозначал чью-то смерть или ранение. Ну, или отлетал от надежных доспехов или щитов. Промахивался Энгай редко.
– Ветер усилился. Два пальца вправо. Цельсь! Пли! – неожиданно закричал лучник и те, кем он командовал, послушно выполнили приказ. Стрелы перелетали через головы и падали во вражеском тылу, сея панику и беспорядок.
Грохот вокруг стоял оглушительный. Ветер рвал знамена, а сражающиеся превратились в один огромный клубок, рычащий и рвущий друг друга зубами.
Два войска втянулись в бой по всей длине фронта. Где-то напирали одни, и проседали другие. Но в целом битва пока шла на равных. Обходные маневры, что затеяли обе стороны, использую конницу, провалились. Патрек Маллистер сумел удержать свой участок, а тот, кто командовал у неприятеля левым флангом, остановил рыцарей Долины.
И все же Ройс привел с собой самых лучших бойцов. Они медленно, но верно теснили неприятеля.
Роман заметил, как огромный стяг, один из двух львов в центре, осознав опасность, устремился в ту сторону. Все говорило о том, что Джейме, как и сам Роман, до настоящего момента в бой не вступал. Но сейчас, осознав опасность, поскакал на помощь своим.
К Цареубийце люди относились по-разному. Кто-то восхищался им, кто-то ненавидел и проклинал. Но даже враги сходились в том, что Джейме – великий воин. Он был тем, кто умел зажигать сердца и вести людей за собой. Тем, за кого люди были готовы умереть.
Чаши весов качнулись. Джейме увяз и отвлекся. Но тут прискакал взмыленный гонец от Маллистера.
– Лорд Талли, нам нужна помощь, – воин снял шлем и Роман его узнал. Сир Юк считался правой рукой Патрека и помогал тому брать Близнецы. – Неприятель силен и мы вот-вот падем.
Роман и сам видел, что дела у младшего Маллистера складываются плохо. Он оглядел своих гвардейцев. Два десятка человек на прекрасных конях и в добротных доспехах могли на многое повлиять. Тем более, если он отправит с ними остатки резерва.
– Ладно, забирай всех, – Роман понимал, что рискует. Да и плевать. Если что, его прикроет Энгай и другие лучники.
Сир Юк помчался обратно, прихватив гвардейцев и двух Фреев. Теперь рядом с Романом остались лишь Первин Фрей и Берик Кокс.
– Ну же, Бракен, не подведи, – раз за разом повторял Роман, неотрывно наблюдая за знаменем с жеребцом. Выполнит ли старый лорд все то, что они задумали еще в самом начале?
Роман и думать забыл, что его гвардейцы ускакали. И собственная безопасность прямо сейчас его не волновала. Главное – Бракен. И тот не подкачал.
Раздался новый сигнал – рог Бракенов пропел старинный клич своего дома. И семьсот пеших, все те, кого верный Джонос тренировал последние месяцы, все те, кто перешел с ним под руку Ланнистеров, дружно выполнили пол оборота влево и ударили в спину своих новых союзников.
– А-а! Красный жеребец за нас! Мы победили! – в восторге закричал Роман, срывая голос. Сейчас главное было показать всему войску, что Бракен за них, что он свой, что они провели неприятеля и победа, считай, у них в кармане. Главное было донести эту мысль до тех, кто сражался в самой гуще боя и ни черта не видел.
– Бракен за нас! – Первин Фрей ничего не знал, но быстро понял изменившуюся ситуацию. Кричал он громко и к нему сразу же присоединился Берик Кокс и лучники.
Вражеский фланг остановился и замер. Даже издалека Роман различал, как недоумение на их лицах уступило место бледности. А потом пришел испуг, когда они поняли, что их предали и переиграли.
Пехота Бракена с азартными криками резала своих бывших союзников. А те, кого вел Ригер, ударили с удвоенной силой. И почти сразу целый фланг рассыпался на обезумевших от страха людей, которые с воплями попытались отпрянуть в стороны и выжить. Рухнуло знамя Пламмов, а следом – Риккеров. Грифоны Коннингтонов еще держались и пятились назад. Отдельные островки продолжали сопротивляться, но все понимали, что они обречены. Маневр Бракена оказался настолько ошеломительным и сокрушающим, что враги разом лишились трети войска.