Волнение передалось и центру, с которым сражался Маллистер и Блэквуд. Вот он – эффект домино! Роман буквально чувствовал, как и они дрогнули.
– Победа! Победа! Победа! – воины Трезубца почувствовали прилив сил, и теперь их было не остановить. Они обрели новые силы и с ревом устремились вперед, сминая врагов.
Отдельные всадники вырывались из схватки и, нахлестывая скакунов, разлетались в стороны.
Патрек Малллистер надрывался, выстраивая людей в широкую дугу, которая охватила строй Ланнистеров и погнала его перед собой.
Центр некоторое время держался, но когда его окружили и зашли со спины, дрогнул и начал пятиться назад. Вернее, попытался, но отступать можно было лишь на левый фланг. Центр так и сделал, смяв своих же.
Победа казалась все ближе. Но тут Джейме Ланнистер показал, что его рано списали со счетов. Благодаря своему маневру он сумел удержать Бронзового Джона Ройса и теперь, выровняв положение, вернулся. Он скакал во главе строя, а его белый плащ королевского гвардейца взметнулся за спиной, напоминая крылья. За ним, слегка отстав, мчалась конная элита Западных земель.
К тому времени все на поле боя перемешалось. Битва разделилась на десятки мелких стычек, где люди резали друг друга без строя и команд. Да никто бы и не услышал их в таком грохоте.
Роман не знал, что чувствовал Джейме. Наверное, дикое бешенство от того, что его провели. И желание разделаться с проклятым Бракеном, который выкинул настолько подлый номер. Да и в том, что Джейме мечтает прирезать Эдмара Талли, который раз за разом удивлял и выкручивался из казалось бы безнадежных ситуаций, Роман не сомневался.
Рыцари Джейме неслись вперед, без разбора раскидывая и своих, и чужих, кому как повезет. Они рубились и прокладывали себе дорогу по трупам и по живым. Их первоначальный порыв давно угас, но они сохранили инерцию и перли вперед, несмотря ни на что. В них со всех сторон летели стрелы, копья и топоры. Они таяли один за другим, число их сокращалось, но Джейме продолжал сидеть в седле и раздавать удары налево и направо. Меч он держал в левой руке. Стрелы и мечи скользили по его доспехам. Если и были те, кто пробивал его великолепные доспехи, то Джейме виду не подавал.
Вначале Роман думал, что он рвется к Бракену. Так и было, но в один из моментов Джейме резко дернул коня и изменил направление. И теперь, забрызганный кровью от сабатонов до шлема, он устремился прямо на Романа.
Отступать было нельзя. Джейме вдохнул в своих новую надежду. И если враги увидят, что Эдмар Талли бежал с поля боя, они еще могут повернуть победу в свою сторону.
Было страшно, невероятно страшно. Прямо на Романа рвался один из самых смертоносных бойцов Вестероса. Да, он был лишен правой руки, но надо полагать, Джейме не валял дурака и частично восстановил навыки. Его хрипящий жеребец вращал налитыми кровью глазами и ржал, предчувствуя скорую смерть.
– Энгай! Убей его! – закричал Роман. – Все кто любит меня, за мной!
Понимая, что Джейме просто так не угомонить, Роман бросился вперед, используя пригорок и надеясь подловить Цареубийцу в самом низу. Патрек Фрей и Берик Кокс не подкачали и так же поскакали, отстав совсем немного. С десяток лучников выхватили ножи и побежали следом, скользя по траве. Трое упали и проехались на задницах.
Похоже, Роман совершил самую большую глупость за все время в Вестеросе. Мысль посетила его и пропала.
Джейме приближался. На нем был глухой шлем, но Роману показалось, что он различил бешенство, полыхающие в глазах Цареубийцы. Конечно, в узких щелях забрала он бы ничего не мог различить. Ему просто показалось.
Стрела Энгая отскочила он горжета Джейме, еще одна бессильно скользнула по животу, а вот третья вошла в локтевое сочленение левой руки. Джейме сбился лишь на миг. Он был все ближе и его меч казался смертоносной полосой стали, ожившей и беспощадной. И от ее выпадов воздух буквально гудел, с такой скоростью Ланнистер ею орудовал.
Смерть оказалась совсем близко. И звали ее Джейме Ланнистер. Удивительно, но прямо сейчас повторялись события в битве Шепчущего леса. Там Джейме точно так же, осознав, что поражения неизбежно, устремился на Робба Старка, надеясь в последнем самоубийственном рывке забрать его жизнь. И он вновь остался один. Все те, кто его сопровождал, или пали, или отстали, или затерялись. Те двое, что сопровождали его до последнего, не усидели в седлах. Их стащили на землю подбежавшие лучники.
– Утес! – Джейме привстал в стременах и вскинул меч – залитый кровью и сверкнувший, поймавший луч солнца. Время замерло, а мир сузился до размеров пары метров. Все, что находилось вне этой сферы, перестало существовать. Роман выставил щит, проклиная собственное, весьма среднее, искусство наездника.