– Вам что-то не нравится? – начал закипать Бракен.
– Тихо, друзья, – остановил начинающуюся перепалку Роман. – Вы оба верные мои знаменосцы и Риверран нуждается в каждом из вас. Вы как пальцы на руке. Каждый на своем месте и каждый нужен. – Судя по кислым лицам мужчин, оба они оказались недовольны, как все обернулось. И тот и другой рассчитывали, что именно его дом займет лидирующее положение. – Теперь позвольте рассказать, почему все это время я хранил молчание. Надеюсь, вы понимаете, что мы с лордом Бракеном затеяли весьма опасную игру? Именно его голова стояла на кону. А такие дела требуют тишины.
В общих чертах Роман рассказал собравшимся, как еще в самом начале, прикидывая будущие шаги, они с Джоносом решились на такой шаг. И главными здесь стали те рекомендации, что давали Бракену покойный лорд Хостер, Черная Рыба и леди Кейтилин. Все трое считали Бракена вернейшим знаменосцем и другом всех Талли. И как долгое время оба они старательно показывали, что их отношения стали совсем никудышными и продолжают ухудшаться день ото дня. И как хранили тайну.
– Нам требовалось, чтобы Варис в Королевской Гавани узнал о наших разногласиях, – продолжил Роман. – И он, конечно, узнал. А потом нам осталось дождаться самого благоприятного момента, чтобы «предательство» лорда Джоноса выглядело наиболее достоверным. На совете в Риверране мы еще раз поругались и показали всем, что между нами пробежала черная кошка.
– Блестящий план, – одобрил Ройс и с немалым уважением покачал головой. – Но как вы обменивались вестями? Как решили, когда именно лорд Бракен должен перейти на сторону неприятеля? И в какой момент он должен был сказать свое слово?
– На то у нас имелся тайник в Риверране, в одном из подвалов, – с улыбкой пояснил Роман. – Джонос или я оставляли там письма, а другой их забирал. Так мы определили время, когда он покинет замок и решили, что он ударит в тыл Ланнистеров в ближайшем крупном бою.
– Без лорда Бракена и его блестящего маневра победа нам бы могла и не достаться, – с важным видом заметил Белмор. – Следует признать, теперь мне все стало ясно. А ведя ранее я, как и многие другие, считали, что вы с лордом Ройсом совершаете ошибку, так открыто выступив на Цареубийцу.
От Изиллы Роман узнал, что она с сестрой и Сансой прозвали сира Белмора Пустозвоном. Кажется, девушки относились к нему предвзято. Во всяком случае, Белмор соображать умел.
– Мне по сердцу подобные маневры, – захохотал Лин Корбрей. Рыцарь в минувшем бою сразил столько народу, что потерял им счет. Имя его называлось в числе величайших воинов отгремевшей битвы.
– Лорд Бракен заслуживает награды. И вы, лорд Блэквуд, не останетесь в стороне. Замок Дарри ныне без хозяина. А леди Амарея так и не родила законного сына. Род Дарри к моей огромной скорби пресекся. И вот что я решил. Один из твоих сыновей, Титос, возьмет в жены одну из дочерей Джоноса. Я отдаю им замок Дарри и они положат начало новому роду. Еще одна твоя дочь, Джонос, станет фрейлиной Изиллы, а твоего племянника Хендри я сделаю своим оруженосцем. Как и твоего сына, Титос.
– Благодарю, – Блэквуд выглядел довольным. Еще бы, именно его сыну отходил замок Дарри. И теперь в Речных землях появится новый род – Блэквуды из Дарри.
– Эдмар, наши семьи неоднократно роднились друг с другом, – пробасил Джонос. – В Бракенах течет кровь Блэквудов и наоборот. Нас не единожды пытались мирить. И каждый раз вражда вспыхивала с новой силой.
– Знаю, – Роман действительно знал, что вражда между двумя домами продолжается свыше тысячи лет. И он не был уверен, что у него получится что-то изменить. Но попробовать стоило. – Я понимаю, пока награда не выглядит соответствующе твоему вкладу, Джонос. Но даю свое слово – тебя я не оставлю. То, что ты получишь в итоге, придется тебе по сердцу. Прошу только потерпеть.
– Хорошо, терпение мне не занимать, – получив гарантии, Бракен на время успокоился. Вот так и работала феодальная система. Здесь даже самые близкие союзники и друзья твердо верили, что их усилия должны быть обязательно вознаграждены. Да, в Вестеросе имелись и такие, кто был готов рисковать жизнью за обычное спасибо, но таких насчитывалось единицы. Они выступали исключением, подтверждающим общее правило.
– Что с твоими людьми, Джон? – теперь настало время обратиться к союзникам из Долины. – Почему я не всех вижу?