Еще одно письмо, несмотря на неутешительные вести, ее порадовало.
Весточку прислал ее дядя, сир Киван. После поражения на Ромашковом поле он отступил на запад. И сейчас находился в небольшом замке на Львиной дороге. Он подробно описал ход битвы, делая упор на предательство лорда Джоноса Бракена. Именно по его вине, в тот самый момент, когда он обратил мечи и копья против них, они проиграли битву. Бракен сумел их обмануть, сумел втереться в доверие и доказать, что ненавидит Эдмара Талли. Дядя перечислял раненых и погибших, и в самом конце выражал скорбь по Джейме.
Серсею бесило, что из той заурядной массы, что называли себя речными лордами, раз за разом появлялись те, кто доставлял им неприятности. Вот и Бракен оказался таким. Ничего, она еще увидит его голову на пике. А рядом будет красоваться головушка Эдмара Талли.
Закончив читать, Серсея вызвала великого мейстера Пицеля. Он пришел не сразу, и она подавила вспышку раздражения. Пицель был очень старым и делал все медленно, по-стариковски. Медленно ходил, медленно говорил, медленно думал. Общаться с ним было еще той мукой. Наверняка и умирать он будет долго, кряхтя и не торопясь.
– Пишите. И постарайтесь побыстрее, – сказала Серсея и заходила по покою. Верных людей оставалось все меньше. Дядя нужен ей в столице. Вот и еще одна её промашка. Она вспылила и отказала ему в Утесе. Именно его следовало назначать Хранителем Запада, а не Давена. Но ничего, она все исправит. Она даст возможность дяде проявить себя и после вручит ему награду. – Сир Киван, обстоятельства требуют вашего присутствия в столице. Я вызываю вас со всеми вашими людьми и прошу поторопиться.
– На этом все, ваша милость? – проскрипел Пицель. Писал он так неспешно, что Серсея едва не схватила со стола чернильницу и не разбила ему о голову.
– Да, все. Отправляйте без промедлений, – Пицель поклонился и ушел. Судя по всему, старик имел все шансы добраться до воронов ближе к вечеру.
Серсея почувствовала голод и подкрепилась ветчиной, оливками и свежим хлебом. И чашу вина осушила, хотя и понимала, что лучше так не делать.
Когда дядя прибудет, она попросит забрать Томмена в Утес. Там мальчику самое место. Под надежной охраной с ним ничего не произойдет. Да и Маргери будет как шелковая. Она ведь ему жена, как-никак. Ей придется на время прекратить свои козни.
Сразу после еды Серсея собрала Малый Совет. После смерти Джайлса Росби и отсутствующего Мерривезера, его состав несколько поменялся.
Первым пришел десница – лорд Харис Свифт, круглый, лысый и подобострастный. Он не отличался великим умом, но зато был послушным и исполнительным. Серсея управляла им как кормчий – рулевым веслом.
Следом появились Мейс Тирелл и Рендилл Тарли. Жирного Розана после взятия Штормового Предела и Драконьего Камня было не узнать. Он раздулся от гордости и считал себя вторым Эйегоном Завоевателем. Зато он был прост, наивен и исполнял обязанности мастера над монетой. Или лорда-казначея, как стала называться должность при королеве. Розан хотел получить что-то более весомое, и Серсея ловко им манипулировала, обещая со временем пост десницы. Тирелла она не опасалась и держала его на крючке. Ради славы и удовлетворения своих непомерных амбиций он и родную семью позабудет.
А вот высокий, тощий и лысый Тарли казался выкованным из железа. Его лицо было обветренным и напрочь лишенным таких качеств, как сострадание и милосердие. Он с невиданной жестокостью подавил бунт черни в столице и получил прозвище Кровавого Охотника. Он состоял в должности юстициария, или мастера над законом и командовал Золотыми плащами. И уже успел заменить нескольких капитанов, сославшись на их некомпетентность, ненадежность и то, что они берут взятки. Это было опасно, давать такую власть чужим, но Серсея намеревалась отправить его на войну.
Как и всегда, Рендилл прислонил к стене ножны со своим знаменитым мечом из валирийской стали. Губитель Сердец, так он назывался. Серсея подозревала, что он не только постоянно таскает его с собой, но и в постель укладывает. Одно время её забавляло, как леди Тарли относится к третьему на их семейном ложе. А может, без меча суровый Тарли не в силах исполнить свой супружеский долг?
Когда в самый первый раз Свифт указал Кровавому Охотнику, что с мечом на заседания Малого Совета никто не ходит, тот ответил с самым независимым видом, что либо он с мечом, либо Совет без него. Пришлось его оставить, сделав исключение. Нельзя просто так взять и выкинуть того, кто буквально спас всех их. Другие лорды не поняли бы такого хода.