Был ясный и приветливый полдень. С голубого неба светило солнце. Здесь, в окрестностях столицы, снега не наблюдалось. Он вроде как выпадал пару раз, а потом таял. Риверран стоял севернее, но не так уж и далеко. И все же разница в климате казалась весьма заметной. Возможно, все дело в том, что с моря постоянно дули теплые ветра. И лишь по ночам, когда подмораживало, природа напоминала людям, что вообще-то в Вестеросе полным ходом идет Зима.
Роман приказал поставить шатер на пределе видимости городских стен, на одном из холмов. Войско Трезубца и Долины, по совету старого Бракена, не стало начинать полноценную осаду. Они просто заблокировали все подъезды в столицу, никого туда не впускали и не выпускали.
Хотя, враги контролировали море и дорогу Роз, ведущую в Простор. Так что их блокада не выглядела настолько уж опасной. Пайпер и Белмор переправились на южный берег Черноводной, и, как могли, пытались нарушить снабжение. Но перекидывать туда основные силы выглядело чертовски опасной затеей.
Лорд Мейс Тирелл рассылал воронов и послания, в которых называл их бунтовщиками и призывал всех добрых рыцарей выбрать «правильную» сторону. Войско Простора укрылось за стенами и пока не собиралось выходить в поле и принимать бой. Бракен считал, что это лучший вариант. «Пускай у Тиреллов и остался флот, и порт за ними, но еды на всех им не хватит. Через неделю в городе начнутся волнения. А нам того и надо. Так уже было, когда Ренли Баратеон блокировал столицу, и там началось восстание».
Совет Бракена оказался дельным, хотя Блэквуд возражал, говоря, что сейчас совсем иная ситуация и того эффекта, что добился Ренли, им не получить.
И все же Роман не горел желанием посылать воинов на штурм. Там, на улицах города, неизбежны внушительные потери. А своих людей он больше терять не желал. Пусть теперь союзники напрягутся и внесут вклад в общую победу.
Тем более, Тиреллам хочешь, не хочешь, а делать что-то надо. Доран Мартелл спустил с поводка два войска в Красных горах. Старый Ястреб Фаулер уже осадил Ночную Песнь и выдвинулся к Хайгардену. Айронвуд прошел по Костяному перевалу, добрался до развалин Летнего замка и со всей возможной скоростью движется к Штормовому пределу на помощь Красному Змею и остаткам Золотых Мечей.
– Наверняка Тиреллы для начала попытаются прощупать нас насчет мира, – заметил Блэквуд. – Старомест и Хайгарден готовятся к осаде, тамошним войском командует лорд Рован, но они не в том положении, чтобы ничего не бояться.
– Если бы не боялись, то не сняли осаду с Предела, – напомнил Маллистер о том, что и так все знали. Сир Окхарт недолго держал принца Эйгона и Золотых Мечей взаперти.
Роман стоял молча и наблюдал, как к ним приближаются парламентеры. Конь Тирелла фыркнул и остановился. Лорас мельком оглядел встречающих, плавным движением оказался на земле и выступил вперед. Юноша, которому еще не исполнилось двадцати лет, выглядел уверенно и спокойно. Словно не его семья находились в осаде, а наоборот, он прибыл к бунтовщикам озвучивать условия, при которых те могут сохранить свои жизни.
Остальных гвардейцы не пустили, да и на него поглядывали настороженно.
– Я сир Лорас Тирелл, лорд-командующий королевской гвардией. Здесь и сейчас я являюсь голосом законного короля Томмена Первого и его супруги, Маргери, – сам себя представил юноша. Он обвел их всех спокойным и слегка надменным взглядом. Легкий ветерок взъерошил его каштановые кудри. – С кем я могу говорить?
Роман не сомневался, что парень знает всех лордов Вестероса и уж конечно, прекрасно разбирается в их гербах. Так что вопрос звучал как простая формальность.
– Я лорд Джон Ройс. А рядом – лорд Эдмар Талли. Вы можете говорить с ним, коль вам охота. Но мне вы не в радость, сир. И лишь статус оберегает вас от законной мести дома Ройсов, – проворчал Бронзовый Джон. Самонадеянный вид Тирелла ему не понравился. Более того, вызвал нешуточный гнев – ведь перед ним стоял убийца его сына Робара. Стоял, слегка улыбался и не испытывал и тени смущения. – Вы – подлый убийца, и рано или поздно вам придется ответить за свои злодеяния.