Но основным предметом мебели, несомненно, был стол – длинный, застеленный парчой, на восьми основательных ножках. Вокруг него стояли стулья с высокими спинками.
Здесь все осталось практически нетронутым. Покидая замок, Тиреллы не стали его грабить. Может, не успели, но вероятнее, посчитали подобную мелочность неуместной – денег у них и так хватало.
Первое заседание провели сразу же после пира, утром следующего дня.
Эдмар Талли устроился рядом с Ройсом. Место посередине занял молодой Эйгон. По его правую руку расположился Джон Коннингтон, а по левую – Оберин Мартелл. Сюда также пригласили Гарри Стрикленда, командира Золотых Мечей и Верховного Септона – для Эдмара подобный ход стал неожиданностью. Иллирио Мопатис разложил перед собой многочисленные книги, счеты с костяшками из драгоценных камней и предусмотрительно поставил кувшин с вином и пиалу с солеными орешками.
– Итак, лорды, позвольте представить вам десницу короля, лорда Джона Коннингтона, верного нашего друга, – было видно, что Эйгон сильно волнуется. Он встал и теребил пальцами кончик ремня. Его можно было понять – шесть месяцев назад он считался хоть и знатным, но вполне обычным авантюристом и плавал на лодке по Ройне. А ныне он король Семи Королевств. Ну, почти король. – Благодаря его опыту, а он уже исполнял почетные обязанности десницы при моем деде короле Эйрисе, он будет незаменим.
– Благодарю, принц Эйгон, – Коннингтон для внушительности так же поднялся и оглядел собравшихся. – Итак, давайте начнем. Первое – для всех прочих короля у нас пока официально нет, но совет обязан собраться и начать управлять страной. Вы меня понимаете?
– Вполне, – заверил Ройс. Он облачился в камзол с вышитыми рунами своего дома и смотрелся внушительно. Эдмар оделся проще, в хорошую добротную одежду. Перед собой, по примеру Мопатиса, он положил кожаную папку с бумагами, перья и чернильницу, полагая, что писчие принадлежности могут понадобиться.
– Теперь распределим полномочия, – Джон действительно обладал немалым опытом. Говорил он легко и свободно. – Эдмар и Джон, принц Эйгон обещал вам две должности. Можете выбрать между собой – мастер над законами и мастер над шептунами.
Эдмар переглянулся с тестем. Что ж, союзники и как он верил, будущие друзья, обещание сдержали. Им дали два реальных поста. Из доступных. Для исполнений обязанностей мастера над кораблями требовалась специфические способности, а мастером над монетой стал Мопатис. Так что выбор оказался невелик.
– Благодарю, – Ройс положил руки на стол. – Думаю, первое слово должен сказать Эдмар. Он заслужил, – Ройс еще раз посмотрел на него. В его глазах стояла просьба и спустя мгновение он ее озвучил. – Я могу принять любую судьбу, но клянусь Семерыми, ничего не знаю про шпионов. Закон мне ближе.
– Согласен, пусть Джон станет мастером над законами, – Эдмара не особо порадовал подобный расклад, но и не сильно расстроил. Примерно что-то подобное он и предполагал. – Я же стану мастером над шептунами.
– Отлично, – припечатал Коннингтон. – Принц Оберин Мартелл возьмет на себя обязанности мастера над оружием. Мы решили ввести его должность в совет и передать под его руку весь гарнизон замка.
– В совете Тайвина Ланнистера я не выполнял никаких конкретных обязанностей, – Красный Змей катал по столу золотого дракона и сидел, положив ногу на ногу. – Теперь же займусь оружием, – он улыбнулся уголком рта. – Кое-что я про него знаю.
Эдмар прикинул, что дорнийцам Эйгон доверяет все же больше, чем им с Ройсом. В целом, это нормально. Но должность для Красного Змея явно «маловата». Целый принц и какой-то там мастер над оружием. Хотя, предложить ему больше ничего не могли.
Наверняка, при других обстоятельствах, главным шпионом стал бы именно Мартелл. Вот только Эйгону пришлось держать слово, и он его сдержал.
– Мастера над монетой, магистра Иллирио Мопатиса вы все уже знаете, – продолжил Коннингтон. – Он сколотил внушительное состояние, так что знает, как обращаться с драконами.
– Принц, не принимайте мои слова на счет своей семьи. Сейчас я говорю лишь о деньгах – драконы в умелых руках умеют размножаться, как и все другие твари, – пошутил Иллирио, широко улыбаясь.
– Не сомневаюсь, – хохотнул Эйгон и тут же кашлянул, пытаясь выглядеть более внушительно. – Мы с Джоном решили пригласить в Совет еще одного члена – Верховного Септона. Прошу отнестись к нему со всем положенным уважением.