Теперь стало ясно, зачем Талли притащил его сюда. Эдмар давно, еще с похода на Запад мечтал, чтобы о Трезубце и Риверране сложили песню, схожую с «Рейнами из Кастамере». Вот певец и старается, подбирая рифмы.
Когда голова со стуком упала на помост и скатилась на землю, а толпа в едином порыве подалась вперёд, Маллистер посмотрел по сторонам, наблюдая за лицами Фреев. Никто из мужчин или мальчишек горя не показывал. А вот несколько девушек плакали, прижимая к лицам полотняные платочки с вышитыми синими башнями.
Его самого, да и всех тех, кто прибыл с Эдмаром, казнь не заставила пожалеть старого Фрея. За многие годы тот всех против себя настроил. Его трусость и хитрость, едкая желчь, мнительность и нежелание подчиняться стали притчей во языцех. Маллистер сомневался, что во всем Вестеросе возможно отыскать еще одну, настолько же поганую, душонку.
Сразу же, у замковой септы, Эдмар Талли громогласно заявил:
– Отныне лордом Близнецов становится сир Первин Фрей. Здесь и сейчас он принесет мне клятвы верности, как новый лорд Переправы.
Толпа заволновалась. Многим подобное назначение не понравилось. Насколько Патрек помнил, Первин считался то ли пятнадцатым, то ли шестнадцатым сыном казненного Уолдера. Естественно, те из его старших братьев и дядей, что выжили, решению не обрадовались.
– Так нельзя, так несправедливо, – послышались отдельные возмущенные возгласы. Хозяин Риверрана обернулся, и крикуны разом замолчали.
Патрек не знал, почему Эдмар остановился именно на Первине. Накануне вечером он по одному запускал Фреев к себе и с каждым беседовал. Наверняка, выбирал самого преданного, и слушал, что тот может предложить и как себя поведёт. Хотя, Первин и его родной брат Оливар хорошо показали себя в армии Робба Старка. Может поэтому он на нем и остановился?
То, что он отдал власть не самому старшему из оставшихся в живых, вопросов не вызывало. Теперь в Близнецах долго будет не до единства. Первину еще надо усидеть на кресле со спинкой в виде двух башен. А значит, он будет всеми силами искать поддержку в Риверране.
Вечером в малой горнице состоялся пир. Хотя, скорее ужин, учитывая, что на нём присутствовало чуть более десяти человек.
Сам Маллистер, Пэг, Юг и Льюис ели беззаботно, всё, что подносили слуги. А вот Эдмар только то, что предварительно испробовал Первин Фрей. Берик Кокс собственноручно наполнял его кубок.
Вместе с ним и его женой хозяин Риверрана допустил за стол брата Оливара и сестру Рослин. У них имелись и другие родные братья. Но Бенфри погиб при штурме, а Вилламен служил мейстером в каком-то замке. Еще здесь находился Уэйлен Фрей. Эдмар пригласил его сюда по одной единственной причине – тот был женат на Сильве Пэг, сестре Роберта. Сама женщина, успевшая стать матерью двоих детей, находилась рядом с мужем.
Кажется они, хоть и находились выше Первина в очереди наследования Близнецов, приняли его возвышение. А может, Талли и им что-то подкинул.
– Пью за нового лорда Переправы! – поднял кубок Эдмар. Под его взглядом Первин молча встал и кисло улыбнулся. Ну, оно и понятно. После того, что здесь устроили, ему не до веселья. – Да будет он властвовать над своими землями долго и верно, во славу всего Трезубца! – со значением закончил Талли и посмотрел на Фрея – мол, понял намек или нет.
– Я рад оказанной чести! – тот, конечно, понял.
– За нового лорда Переправы! – подал голос Пэг.
– За нового лорда Переправы! – повторили Уэйлен и его супруга.
Эдмар не собирался верить одним лишь словам, пусть даже и клятвам. Еще днем он отправил в Риверран, Сигард, Древорон и Каменную Ограду двадцать мальчиков и девочек из числа многочисленного семейства Фреев. По пять на каждое из мест. А в свой собственный замок, кроме прочих, отослал малолетнего сына Первина. Так что верность того будет подкреплена наследником, а это уже куда более весомые гарантии.
К тому же Фреи получили приказ отправить две тысячи воинов на Рубиновый брод, на помощь лорду Блэквуду.
– Что задумался, Патрек? – Маллистер с удовольствием ел и пил, находясь справа от Эдмара, когда тот к нему обратился. Друг выпил, но не сказать, чтобы сильно.
– Да так, о всяких мелочах, – он осторожно, помогая рукой, переставил раненую ногу. Кажется, она выбьет его из строя на пару недель, не меньше.
– Как тебе Рослин? – Эдмар хитро улыбнулся, дыхнув вином и корицей.
– Очень милая! – совершенно честно ответил рыцарь и перевел взгляд на девушку. Она сидела между братьями и почти не ела. Светлая кожа, густые каштановые волосы, водопадом ниспадающие до тонкой талии и хорошенькое личико привлекали к себе внимание. А огромные и карие, как у олененка, глаза, смотрели так нежно и грустно, что девушку нельзя было не пожалеть.