Она переглядывалась с дочерью и ухмылялась. Элизабет испытывала некую неудовлетворенность, не зная, чтобы еще такое придумать, чтобы принести страдания и боль девочке, которую ненавидела. Это самая неприязнь разжигала в ней злость, закрывала глаза и заставляла вести себя неблагоразумно, что она часто забывала о своем воспитании и нравах. Она углубилась в воспоминания, которые были для нее как тайник, который она закрывала глубоко внутри себя и бережно хранила.
Элизабет редко заглядывала в прошлое, если оно ей было неприятно, но эта девочка заставила ее вспомнить то, что ей хотелось навсегда забыть и никогда не вспоминать. Лисси была похожа на свою мать, которую Элизабет знала в юности. Амелия, это имя и ее образ оставался бы в ее памяти таким же милым и добрым воспоминанием, если бы она забыла о том, что приносило ей страдания все эти годы. Элизабет с горечью перебирала в памяти тот день, когда они приехали с ней в чужой город, чтобы учиться в одном и том же колледже, вместе. Смеха и улыбкам не было конца. Они веселись, наслаждаясь осенними красками, которая так щедро дарила осень. Элизабет кляла тот день, она мечтала его вернуть, чтобы все изменить. Оставить все свои глупые мечты, оставить Амелию в прошлом, чтобы не страдать в будущем.
Амелия была не собрана, она вечно опаздывала и никогда никуда не спешила. Она не прикладывала много усилий для учебы, но приэтом училась хорошо. Элизабет училась плохо, она все время нервничала и вечно спешила, и всегда прибывала в плохом настроении. Амелия завела много друзей, что стало обижать Элизабет, ей стало казаться, что подруга от нее отдаляется. Все изменилось, когда, обе девочки по уши влюбились в одного и то же юношу, но не одна из них об этом и не догадывалась. Уолтер пришел их в колледж чуть позднее.
Себялюбивый гордый юноша от всех держался в стороне и искоса посматривал на остальных, как будто те ему были не ровней. Все случилось именно тогда, когда весь их класс отправился в поход. Амелия повредила там себе ногу, а Элизабет позвала Уолтера, и попросила его помочь. Уолтер долго вспоминал им этот случай и дразнил Элизабет с Амилей, что они его возненавидели. Он все время их донимал и держался рядом, что они перестали обращать на него внимание.
Уолтер стал внимательнее к окружающимся, он вдруг стал добрее и мягче и больше не заносился. Он чувствовал себя неуклюжим и робел, как только встречал Амели, что смотрела на него исподтишка. Амелия, молча и робко горела от чувств, она не могла найти в себе сил, чтобы признаться первой. Элизабет была полна решимости. Уолтер ей нравился. Она сходила от любви с ума, что и замечала безразличия с его стороны. Ей приходилось унижаться, чтобы заслужить хоть капельку его внимания, которое было ей так необходимо.
Элизабет возненавидела тот день, когда Уолтер признался в чувствах Амелии. Она долго плакала и не могла смириться с тем, что Уолтер ее не любит. Элизабет возненавидела Амелию.
Учеба закончилось. Они разъехались. Амелия долго писала письма и звонила, но Элизабет не отвечала. Она не приехала на свадьбу. Элизабет с укором смотрела на Лисси, ей казалось, что она видит в ней Амелию. Кэтрин взяла за руку мать и обеспокоенно заглянула ей в глаза, взгляд которых был напряженным, а выражения лица болезненным.
— Мама, что случилось? Тебе стало скучно? Почему же ты молчишь?
— Все в порядке. — упавшим голосом отозвалась Элизабет и сжав руку дочери, отступила к двери.
— Не забудь, что я сказала. — бросила она напоследок Лисси и только затем вышла из комнаты, уводя с собой дочь.
Фанни не выходила их комнаты, она подолгу разговаривала с кем-то по телефону, что даже не спускалась на кухню и всегда просила приносить еду ей в комнату. Дженни огорченно готовила обед и громко тяжело вздыхала. Генри сидел на диване, устремив свой взгляд в газету, он изображал вид, что читает. Дженни накрыла на стол и тихо обиженно произнесла:
- Хватит уже читать! Что там интересного? Может скажешь, что же случилось с Фанни? Почему нельзя позвонить, Лисси?
— Откуда мне знать, Дженни, я и сам не знаю. Мне так стыдно, ведь я обещал ей позвонить. —отозвался Генри и отложил газету, которая была ему неинтересна.
— Что же происходит в этом доме? Фанни, что сошла с ума. Взяла девочку на воспитание, а потом от нее отказалась. Разве так можно?
Дженни молчала. Генри подошел ближе и взял Дженни за руку, что она нервно вздрогнула, и подняла на него свой боязливый взгляд.