- Ну ты же вампир. Превратись в летучую мышь. Ай!
- Отложи шутки до момента, когда окажемся у меня дома.
Погладив ушибленное место, эйджраннер поднял и показал девушке свою левую руку.
- Совершенно случайно… хотя нет, это было запланировано… в этой руке установлен крюк-кошка, который и поможет нам спуститься вниз. Сперва я спущусь с Эмили, а затем организую тебе спуск по тросу, как было на крыше.
- А ты сможешь меня спустить? – раненная вампирша подняла голову- А то я не очень себя чувствую для подобного…
- Ну в худшем случае я тебя уроню, и одной проблемой у нас с графиней станет меньше. Ай! Ну хватит уже!
- А ты прекрати чушь нести! Такое чувство… Так, а ты сам-то не обдолбан, часом?!
Неоново-зеленые глаза уставились на него с подозрением. Прям как Элли.
- Ты что! Я же обещал маме, что не притронусь к этому дерьму!
- Ты и пить обещал бросить…
- И я в процессе- техник уже растягивал нити взрывчатки- Просто вы постоянно меня искушаете… Ты вообще пробовала ирландский кофе?
Хлопок- и лист металла вываливается наружу, образовав проем достаточный, чтобы мог пролезть человек. Зип залез на парапет, стараясь не свалиться при развороте.
- Сейчас закрепим крюк, Эмили схватится…
Он успел заметить движение в коридоре и вспышку выстрела. Почувствовал, как пуля стукнулась в пластину бронежилета.
- Хватай девчонок!
- Зиииип!
Сделать Андреас уже ничего не успел. Он падал.
***
- Бля, ну чего он такой тяжелый? Его хрен утащишь!
Кажется, ты жив, Андреас. Давай, открывай глаза. Только в биомон не смотри.
Техник послушно открыл глаза и огляделся. Темно. Ночь. Моргнул, и мир окрасился в серые цвета ИК. Он на улице возле здания Музея, куда и должен был свалиться из окна. Ну да, вон окно, а под ним древний газон из искусственной травы. Странно, что особо ушлые обитатели не растащили и его. Можно красиво оформить клумбу перед домом. Видимо, боятся радиации. Из здания раздался выстрел, затем еще пара.
- Ну давааааай….
Голос принадлежал молоденькой девчонке, которая пыталась тащить его за ботинок. Лет шестнадцати на вид, тощая и угловатая, растрепанные на манер гривы длинные рыжие волосы с волчьими ушами и хвостом, желтые глаза с вертикальными зрачками, оливковые джоггеры, оранжевая футболка без рукавов. На поясе висит стандартный армейский штык-нож, что верно служит бравым солдатам еще с двадцатого века. Огнестрельного оружия не видно.
- Надо просто голову ему отрезать и хватит. Этого же достаточно. Нет! Мне и так повезло, что я его тут нашла в этой темноте. И что другие не пошли проверять, куда он там упал. Хрен бы я с таким здоровым справилась раз на раз… Дотащу его целиком- и не только стану воином Стаи, но и получу благосклонность Луны. Лейс и Бойд усрутся от зависти. Но какой же он тяжелый…
Девушка старательно дергала его за ботинок, но кофр на спине цеплялся рамой за все, что можно, сильно мешая продвижению.
Еще одна ебанашка, Андреас. Сама с собой разговаривает… Да не, она просто обдолбанная скорее всего. Возможно, «Смэша» приняла для храбрости.
- Рюкзак срежь, дура! – подал техник голос, когда его грубо дернули в очередной раз, ибо он не желал никуда двигаться.
- О, точно! Спасибо за идею!
Только не вздумай и ее жалеть потому, что она еще такая молодая, красивая и глупая, Андреас. Заткнись.
Девушка достала штык-нож и наклонилась к молодому человеку. Хук с правой отправил ее на землю, распластав на спине.
- Ну ты чего...
Только и успела произнести волчица, как перевернувшийся парень уже подмял ее под себя. От неожиданности и непонимания происходящего, она даже инстинктивно раздвинула и согнула в коленях ноги, чтобы тот разместился удобнее.
- Так бы и сказал сразу…
Хорошие у них там привычки, Андреас. Спасибо, что не обняла…
Техник нашарил в темноте оброненный штык-нож, левой рукой зажимая противнице рот и оттягивая подбородок вверх.
- Эй! Ты зачем…? - начала девушка, когда холодное лезвие коснулось ее кожи.
Перерезать горло штык-ножом гораздо проще, чем строительным. Всего одно резкое движение повредило обе артерии. Или сказался приобретенный ранее опыт? Или просто горло сильно меньше? Волчица пыталась дергаться и что-то говорить, но двести с лишним фунтов молодого человека надежно прижимали ее хрупкое тело к земле, а ладонь заткнула рот. Разве что руки бессильно молотили его по затылку, пытаясь дотянуться до раны, да ноги несколько раз почти беззвучно ударили по газону прежде, чем выпрямиться. Хрипы и бульканье стихли, кровь перестала толчками вырываться из раны, пропитывая две футболки. Зип глубоко вздохнул, по телу пробежала дрожь.