Бустер только начал отходить от удара, когда Зип закончил свою речь, и едва ли понял хотя бы половину ее содержания. Хотя, сам Андреас прекрасно понимал Элли, когда корчился на полу, пытаясь вдохнуть хотя бы глоток воздуха. Он до сих пор помнил ее слова. Но все это было и не важно. Все это было на камеру. Закончив говорить, эйджраннер легко, даже небрежно толкнул ящик под ногами панка. Ящик упал, веревка натянулась, затягивая узел. Техник не стал даже смотреть, как задыхается бустер. Он не испытывал ни капли жалости к человеку, организовавшему нападение на Молли. Пусть она и является редкостной язвой и врединой, но в глубине души Зип любил эту девчонку. Без нее и ее завиральных слухов «Закат» не был бы «Закатом», а Семья не была бы Семьей.
Он направился ко второму фонарю, к которому была привязана единственная пленная девушка. Ну как девушка, девчонка лет шестнадцати. Среднего роста, тощая, как и все дети Улицы, красные волосы собраны в два хвоста с челкой и украшены какими-то заколками, большие голубые глаза обильно обведены тушью, чуть пухлые губы и щечки, вздернутый носик, нарисованный на скуле черной тушью символ «пики», небольшие грудки. Предельно минималистичные топ и шорты, оставляющие открытыми покрытое грязью с асфальта тело. Безрукавка из синткожи с символом «Огненных колес», такой же чокер на шее. Пара цепочек на шее, широкий тканевый ремешок с украшениями, гартеры на ляжках. Не красавица, конечно, но и не дурнушка. На таких уличных девчонок Андреас насмотрелся еще во времена своего детства в Хейвуде. Украшающие себя, как могут, в отсутствии средств на бодискульптинг. Старающиеся как-то выделиться на общем фоне, чтобы привлечь внимание. Хрупкие цветочки, пытающиеся казаться суровыми бустершами и прибиться к кому-нибудь посерьезней, чтобы иметь хоть какую-то защиту в этом жестоком мире. Девочка с ужасом смотрела то на дергающегося в петле лидера своей банды, то на приближающегося равнодушного дядю. Но помимо ужаса в ее взгляде эйджраннер ясно видел одну просьбу: позволить ей что-то сказать.
Не вздумай, Андреас. Просто сделай то, что нужно. Ты уже все сказал. Доделай работу и езжай в «Закат». Не смотри в эти глаза, Андреас! Не вздумай вспоминать Юко! Да ебаный в рот, Андреас! Ты еще пожалеешь об этом, дебила ты кусок.
- Пощади! – затараторила девушка, едва Зип вытащил кляп- Я не с ними, правда, я не из банды. Я здесь вообще случайно оказалась.
- Случайно? – парень позволил себе наигранно ухмыльнуться- Они тебя в плен что ли взяли?
- Нет- бустерша замотала головой, насколько позволяла веревка- Я… ну я тусовалась с ними. Но я не из банды. Просто хотела потусоваться с крутыми парнями.
- Угу. И безрукавка члена банды на тебе случайно надета. Ты, видимо, замерзла.
- Мне ее Грег дал- девушка, видимо, хотела показать в сторону парня, но осеклась- Вы убили его… Но я правда не с ними. Я тут недалеко живу.
- Что-то я тебе не очень верю, если честно…
Поняв, что убедить парня не выходит, девушка изменилась в лице. Надежда, появившаяся, когда Зип снял кляп, пропала, сменившись отчаянием. Лидер банды как раз перестал дергаться.
- Но я правда не с ними! Я даже не знаю, за что вы их убили. Я не видела никогда этой Молли. Меня не было тут утром! Я не знаю ни про какое нападение! Правда!
- Угу…
- Ну пожалуйста- в голосе появились панические нотки- Не убивай меня. Мне всего пятнадцать. Я не хочу умирать…
Девушка громко шмыгнула носом, пытаясь сдержать слезы.
- Зииип – раздалось сзади.
- Молчи, Кофи.
- А что, если она действительно...
- Ни слова, Сид!
- Прошу, Зип – девушка посмотрела ему прямо в глаза- Я на что угодно согласна, только не убивай. Хочешь- можешь трахнуть меня прям здесь. Я не буду сопротивляться. Ты же из банды, да? Можешь отвезти меня к своим, и там хоть по кругу пустите. Хоть самые извращения. Можешь своей шлюхой сделать, если хочешь. Я что угодно сделаю, только не убивай. Ну пожалуйстаааа.
Девушку уже трясло от нервов. Связанная по рукам и ногами, вытянувшись по струнке она еле удерживала равновесие. Не увидев, видимо, в глазах мужчины намерения согласиться на предложение, пленница не сдержалась и зарыдала в голос, едва удержавшись на ногах. И отчаяния в этих рыданиях было больше, чем Андреас видел за всю свою жизнь. Перед ним был человек, который видел, как умирают, осознавал, что сейчас умрет, понимал, что надежды нет, но очень не хотел умирать. Техник почувствовал запах и заметил, что по ноге девушки течет струйка. Пленница тоже это заметила, и рыдания стали еще более жуткими, поскольку к страху и отчаянию добавился стыд.