— Этой книге ровно одна тысяча лет. Она была написана в 1002 году, в самом начале одиннадцатого столетия, неким учёным человеком, называющим себя Абнимус, с целью предупредить грядущие поколения о беде, которая может обрушиться. Абнимус, судя по всему, один из членов той общины, жившей в лесу.
— О чём нас хотел предупредить этот Абнимус? — спросила я.
— О грядущей битве. Здесь сказано, что спустя тысячу лет явится дракон. Не просто явится, а с него будет снято заклятье, и он будет охотиться за царевной, чтобы продолжить свой род ужасных существ. Ему нужна некая особая дама, которая станет его женой. Но снова придёт рыцарь, спасёт свою даму и побьётся с драконом. Рыцарь придёт с вороном, так тут сказано. Рыцарю помогут лиса и ящерица. И ещё тут целый абзац про какую-то химеру. Химера не дракон, тут сказано, что химера — это злобный монстр, который откажется от царевны, но и откажется спасать её от дракона и снова может предать рыцаря. Про химеру мало что понятно.
— Примечательно, что статуи ворона, лисы, ящерицы и химеры — в этом зале. Их ваяли те скульпторы! — заметила Эллен. — И дракон, судя по всему, тоже здесь, вот он. Та образина многоголовая.
— А на барельефе изображён бой дракона и рыцаря! — я вскочила и подбежала к самому большому барельефу. Внезапно меня осенило, я пригляделась: — Смотрите! Только сейчас заметила: над рыцарем реет ворон. Вон лиса выглядывает, вон ящерица сидит на камне. А вот это — химера, словно пытается схватить рыцаря за пятки, помешать ему, или устроить подлянку. Какая подлая химера...
— Опасаться химеры... Возможно, нам стоит опасаться химеры, — пробормотал Пол отрешённым голосом.
Я тут же внимательно взглянула на него. Казалось, он ещё секунду смотрел в никуда, но потом тут же пытливо и бодро посмотрел на нас всех.
— Здесь спрятана великая тайна.
— Да, наверное. И нам надо её разгадать. Ещё драконов нам не хватало, — усмехнулась Эллен.
А меня вдруг постигло ещё одно озарение. Которое могло являться бредом. Царевна, дракон, рыцарь... Мы несколько часов назад были у Морены. Она нам говорила про то, что мы должны охранять девушку. Что она в опасности. Уж не дракон ли за ней охотится? И что за дракон? Эта статуя? Я взглянула на образину об одиннадцати головах, которая в полумраке зала словно оскалилась зловеще мне в ответ. Ещё оживших статуй нам не хватало...
На сегодня мы закончили работу. Обстановка зала и умственное напряжение, которое мы испытали, работая над древним истёршимся во времени текстом, угнетали. Необходимо переключить мозги. Когда мы с Эллен вернулись домой и завалились спать, я уже ничего почти не соображала. Завтра будет день — будет пища.
14. «Химера мне поможет, как и в тот раз»
Несколькими часами позже:
Лайонел находился в полубессознательном состоянии. Абсолютно слаб, парализован, обездвижен, он тем не менее не умирал. Мысли текли вяло, будто он заморожен. Каждый раз, когда проблески сознания возвращались к нему, он видел это Существо, которое его пленило. Несмотря на то, что Существо имело каждый раз разные обличья, он узнавал его. Кошмарный паралич лишал Лайонела всех эмоций. Если бы даже он имел возможность сбежать — ему бы не пришло это в голову. Существо полностью подчинило и поработило его душу, но не убивало до конца. Как оно сказало вначале, оно всегда оставляет самую первую главную голову до последнего.
Существо "кормило" его. Словно накачивало невидимой энергией, заменяющей пищу, воду, тепло. Лайонел лежал во мраке подвала, на холодном полу, но не мёрз. Он вообще ничего не чувствовал. Лишь временами видел, как Существо приходит. Лайонел уже знал — оно приходит для того, чтобы кратко о чём-то побахвалиться, а потом снова погрузить его в небытие. До следующего пробуждения.
Это нельзя назвать пыткой, поскольку Лайонел не чувствовал боли. Он не чувствовал также волнения по поводу того, что оказался выдернут из привычной колеи жизни. Вначале его посещали отголоски мыслей о сокурсниках, редких друзьях и преподавателях в институте, которые могут хватиться его. Но потом он потерял счёт времени. Сознание его делалось всё более вялым, расплывчатым, обтекаемым. Он потерял самое себя. И тем не менее Существо каждый раз приходило и на короткий миг выдёргивало его, в насмешку напоминая, кто он такой.
Сегодня оно пришло в обличье высокого дюжего парня с квадратным грубым лицом, в чёрной форме частного охранника. Или чьего-то телохранителя. Наклонившись над Лайонелом, Существо ухмыльнулось торжествующим оскалом на прямоугольной мощной челюсти. Глаза, секунду назад бывшие голубыми, вмиг стали отливать чёрно-красным адским пламенем. Существо облизнулось, подобно хищному ящеру, заметившему невинную козочку: