– Дядя, если Вы хотите, чтобы Вашу машину не угнали и не обокрали, дайте три рубля, и я буду её охранять.
Игорь Львович дал мальчишке деньги, и когда они отошли от машины, сказал Василию:
– Этот пацан – ширма. За ним стоит целая банда, не дашь трояк, можешь потерять машину, а так надёжно.
Они договорились о времени встречи после толчка и влились в громадную толпу. Чего здесь только не было? Продавалось всё, что существовало в мире сейчас и веками раньше. Многое привозилось моряками из-за границы. Это был их основной заработок, так как зарплату они получали мизерную. Василий продирался сквозь толпу и смотрел на вещи, ранее им не виданные, наблюдал, как торгуются покупатель с продавцом. Он первый раз увидел накладные цветные ногти необычной длины и услышал, как покупательница, полная дама лет сорока, спросила у продавца:
– Если я захочу этими когтями подрать кавалеру рожу, я их не потеряю?
– Только со своими ногтями, мадам.
– А сколько они стоят?
– Двадцать пять рэ.
– Усраться можно!
– Вы за один сеанс, мадам, больше заработаете. Эти ногти неотразимы.
– За кого ты меня имеешь, швонец?
– За оперную певицу, конечно.
– Тогда другое дело. На тебе червонец, и я пошла обвораживать кавалеров.
– Двадцать.
– Пятнадцать.
– Годится, и иди допевать свою арию.
Похожие сценки Василий наблюдал очень часто. Толчок, как и
Привоз, являлся громадной сценой народного театра.
Василия вещи не интересовали. Но когда он пробился сквозь толпу и вышел на другой край, его заинтересовали продавцы монет и старинных бумажных денег. Они стояли рядом с продавцами старинных книг, дореволюционных журналов, антикварных вещей. Монеты у всех были разных стран, разного достоинства, из разного материала. Подойдя к продавцу, у которого в специальных альбомах монеты лежали в карманчиках Василий увидел российские медные монеты с гербом, какой он видел на платиновых монетах. Под каждой из них стояла цена.
Василий показал пальцем в одну из них.
– Что, она золотая? Триста рублей?
– Золотом не торгуем. За него срок, и немалый. Ты посмотри на чеканки. Девятнадцатый век. Монеты ценятся за их редкость. Есть медные монеты дороже золотых. Один мой знакомый вывез десяток монет за границу, продал их там и остался. Сейчас живёт в Бруклине. Имеет свой магазин. Понял?
– Мда, понял.
А понял Василий Млынарь то, что он владеет целым состоянием, но оно лежит в раковой норе под вербой и вряд ли когда появится на свет.
Василий пошёл туда, где оставил свой автомобиль. Машин стояло много в беспорядочном порядке, то есть каждый оставлял свой автомобиль где хотел, но так, чтобы не мешать выезду других машин. К соседним "Жигулям" подошёл мужчина с женой, долго рылся по карманам, пока понял, что ключи он потерял. Ситуация казалась ему безвыходной.
Если ко всем маркам отечественных автомобилей подходили самоделки из других ключей, и открыть двери и запустить двигатель мог любой опытный водитель то с "Жигулями" дело обстояло иначе. Ключи от дверей и зажигания были номерными и сложными, открыть их просто так каждый не мог. Мужчина стоял растерянный, а тут ещё жена подпрягалась с упрёками: "Я тебе говорила, да я тебя предупреждала, а ты как всегда…"
Неожиданно подоспела помощь. Три парня предложили за тридцать рублей открыть машину и хозяин согласился. Один из них подошёл к двери, двое других закрыли его от зрителей. Щелчок, и дверь открыта.
Василий знал, как металлической линейкой можно открыть двери, и ожидал, как и другие, собравшиеся зеваки, что теперь будет с замком зажигания.
Мужчина радостно сел в машину и посмотрел на своих спасителей.
– А что дальше?
– Дальше заводи.
– А как?
– Ключом.
Толпа зевак засмеялась.
– Так я же его потерял.
– А-а? – непонимающе вздохнул один из парней.
– А завести можете?
– Пятьдесят рэ., если руль не повернул на противоугонку, и 100, если повернул.
– Вы что, ребята? – мужчина аж задохнулся от возмущения.
– Нет? Ну мы пошли.
Деваться хозяину было некуда, по номерам видно, что он не местный, и он понимал, что если сейчас не отдаст сотню, то через час цена поднимется.
– Стойте, я согласен.
Зеваки опять засмеялись. Василий подумал: "Какие же мы добрые, если смеёмся над чужим, пусть и небольшим горем. Ведь любой может оказаться на его месте".
На этот раз процедура заводки мотора забрала минут пять, но никто не увидел, как она проводилась. Когда мотор заурчал, муж с женой укатили. Василий сел в машину и хотел прикорнуть, но вокруг стоял шум, да и спать не особенно хотелось. Он увидел через боковое стекло, что недалеко опять собираются зеваки. Подошёл и увидел, что история с утерей ключей повторяется один к одному. И понял теперь то, что эти ребята организовывают пропажу ключей, т.е. просто воруют их, а затем легко отбирают у человека деньги. А вытащить ключи проще простого. Водители их кладут в ближайший карман, не думая о том, что их могут украсть
– Эх, Одесса, жемчужина у моря, – тихонько пропел Вася в ожидании своих пассажиров.
Наконец они появились отягощённые покупками и довольные, что купили всё, что хотели.
К вечеру приехали домой. Игорь Львович щедро расплатился и
Василий остался доволен поездкой. Но слова парня, что за десяток простеньких монет в Америке можно стать хозяином магазина, плотно ввинтились в его память.
Леонид Борисович, узнав о возможности поехать в Японию, загорелся этим желанием и подал заявление на получение путёвки. Его жена Неля не очень одобрила это мероприятие. Хотя никаких долгов у них не было, денег на жизнь хватало только от зарплаты до зарплаты. Дочь
Вера недавно закончила школу и должна бы думать о поступлении в институт, причём в какой-то престижный, так как училась она неплохо, но мать видела, что дочерью завертела любовь к красивому и хорошему парню и чувствовала, что скоро предстоят значительные расходы.
– Лёня, где же мы возьмём деньги на поездку? Нельзя же нам остаться без копейки.
– Во-первых, я одолжу у родителей, они собирают, как все старики на чёрный день, и во-вторых, я думаю, что окуплю поездку. Приобрету там аппаратуру, здесь продам меломанам, готовым отдать всё за аудио-магнитофон "СОНИ", а там он стоит недорого. Выкручусь.