Пока я секретоноситель такого уровня, с моей головы не только ни один волос не упадет — пылинки сдувать будут. Неудача с «наркотиком правды», надеюсь, избавит меня от повторения подобных опытов. Слишком рискованно для Организации потерять «ключ». Даже такой несговорчивый, как я.
Скорее всего, меня попытаются купить. И очень задорого. Шантаж? Тоже возможно. Что еще?
Мысль о том, что я могу просто-напросто уничтожить «товар» стоимостью в несколько десятков, а возможно, и сотен миллионов долларов, вряд ли посетит их умные головы.
Но то, что я попытаюсь найти «замок», «хранилище», — в этом у них сомнений не возникнет.
Меня будут «вести». Не скупясь на затраты. Причем не просто корректно — нежно!
Ну вот, Дрон. Ты стал не просто редкой птицей; ты стал особо важной и особо дорогой птицей… Оставшейся, понятно, в единственном экземпляре.
Да, есть еще одна возможность: «сдать» имеющуюся информацию Дяде Сэму в обмен на солидную недвижимость, семизначный счет в банке и гарантию собственной безопасности. Вот только, боюсь, власть имущие в так называемых цивилизованных странах еще дальше от народа, чем декабристы. Как говорил вождь Чинганчгук. Так что погодим. Ну, а в целом…
Круз прав: меня ждет блестящее будущее!
С этой скромной мыслью я засыпаю.
"По материалам информационного агентства «Трансин-форм». В г. Приморске работниками МВД России, Украины, спецподразделениями Отдела по борьбе с организованной преступностью проведена совместная операция по выявлению и ликвидации преступных группировок, контролировавших производство и продажу наркотиков, контрабанду, торговлю оружием и «живым товаром». В ходе операции захвачены холодное и огнестрельное оружие, наркотики, деньги, ценности на сумму свыше 300 млн. рублей.
При проведении захвата преступников погибли начальник РОВД Приморска и четверо бойцов спецподразделений. Есть жертвы среди населения.Произведены аресты. Ведется следствие".
"Назначенный на пост мэра Приморска Москаленко Сергей Федорович в интервью «Трансинформу» заявил, что считает приоритетом в своей деятельности на данном посту не просто борьбу с организованной преступностью в городе, но полное искоренение ее, ликвидацию условий и мотивов преступного поведения граждан.
Особое внимание мэр считает необходимым уделить работе среди молодежи и подростков.
Ранее С. Ф. Москаленко занимал ответственный пост в центральном аппарате Госкомитета по Особым технологиям".
"Указом Президента сотрудники МВД и бойцы спецподразделений, проявившие отвагу и мужество в ходе операции по ликвидации преступных группировок, представлены к правительственным наградам.
Рядовые Степанов Алексей Павлович, Петренко Владимир Ильич, Корзун Сергей Сергеевич, сержант Полищук Алексей Антонович,капитан милиции Фомин Василий Кузьмин награждены орденами «За личное мужество» (посмертно)".
"Органами по борьбе с организованной преступностью по обвинению во взяточничестве в особо крупных размерах арестован бывший начальник Приморской таможни Стецюк М. Н.
На пост начальника таможни г. Приморска назначен Керингер Александр Яковлевич, работавший ранее в Главном таможенном управлении".
«Коллектив работников Государственного Комитета по Особым технологиям с глубоким прискорбием извещает о скоропостижной кончине в результате тяжелой непродолжительной болезни заместителя Председателя Госкомитета Чирика Ильи Борисовича и выражает соболезнование родным и близким покойного».
С фотографии, помещенной рядом с сообщением, на меня смотрят водянистые рыбьи глаза под жесткими кустиками бровей.
Надо же, а выглядел здоровым!..
Нервотрепки много было. Все болезни от нервов! Кроме тех, которые от любви.
Илья Борисович Чирик, он же Смирнов-Ласточкин, допустил-таки существенный прокол. Подвел Организацию. Коллектив. А интересы коллектива, как известно, куда выше интересов его членов. Даже высокопоставленных. Аминь.
Глава 27
Родная хибара за время моего отсутствия ничуть не полиняла. И внутри обстановка хотя и спартанская, но по мне — вполне пристойная.
Кувшинчик красной полусухой «Изабеллы», извлеченный Сережкой из Тимофеичевых подвалов, приятно освежает после трехкилометрового заплыва. Вино хорошо охлажденное, но не ледяное — как раз то, что нужно.
Теплый августовский вечер. Легкий, едва уловимый ветерок. Садится солнце, и небо засыпает, меняя цвета — от ярко-оранжевого до голубовато-синего, сиреневого, фиолетового… Недалеко, метрах в семистах, заброшенный раскоп древнего города. Тщательно обработанные камни построек, остатки виноделен…
Люди рождались, радовались, воевали, любили, умирали… И дни сменяются днями, и закаты дарят непостижимую красоту Совершенства… И красота беспредельна и бесконечна, и душа наполнена ею… И душа — бессмертна…
…Море… Немного вина… Закат…
— Дрон, к тебе гости! — Серега стоит на пороге хибары и улыбается во весь рот.
— В такую рань?
— Кому рань, а кому и двенадцатый час… Ты во сколько уснул вчера?
— Спроси что-нибудь полегче…:
Но на Божий свет выхожу довольно резво.
— Привет!
Высокая девушка с рыже-каштановыми волосам" И еще — она удивительно похожа на Леку. Как это тогда не заметил!
— Здравствуйте, милая девушка.
Юля склонила голову чуть набок, прикусила кончики волос.
— Я пришла в гости.
— И это славно! Из развлечений предлагаю самые изысканные: купание в море, загорание под солнцем, поедание мидий в тени! Подойдет?
— Подойдет.
— Тогда сразу в море, а то я не умывался. Сережка притащил плотик, и мы отплыли от берега метров на двести. Здесь наша личная мидиевая плантация. День проскочил весело и незаметно. Девушка поглядела мельком на часы.
— Сколько?
— Скоро восемь.
— Тебе далеко добираться до бабушки? Сережка отвезет. У него мотоцикл — зверь!
— А я на машине.
— С шофером, что ли?
— Да нет, сама.
— Умеешь водить? — — Конечно.
— А права? .
— Подумаешь… Исполнится восемнадцать — сразу получу.
— А вино зачем пила, раз за рулем?
— Так я же чуть-чуть. Тем более воды все равно не было. Ее правда. Но ответственность за подрастающее поколение — это не пирог с изюмом! Тем более что вина я сегодня — ни-ни! Режим! Подготовка к новой жизни. У Алигьери это звучит вообще песней: «Вита нова!»
— Ладно. До бабули сам отвезу. За чай с вареньем. Где твоя колымага?
— На «лесенке». Сюда на ней не проехать.
— Пошли.
Я ожидал другого «росинанта». Какого-нибудь горбатого, на «лысой» резине «запорожца», мне ровесника, выкрашенного масляной краской. И когда Юленька остановилась около белого сооружения, я чуть было не проскочил мимо.
— Вот эта?! — Глаза у меня стали копеек по семь одной монетой, без сдачи.
Девушка открывала ключом дверцу «Мерседеса».
— Ага. — Ее глаза смеются. — Ты еще не раздумал сесть за руль?
— Не-а. Далеко едем?
— В Рыжановку.
— Вперед.
Машину веду так, словно она хрустальная. Или фарфоровая.
— А побыстрее можно?
— Не дразнись. У твоей бабушки что, восемьсот гектаров ананасовых плантаций под домом?
— Да нет. Машина дядина.
— По шее не получишь за такие разъезды?
— Не-а. Дядя мне все разрешает. Он очень добрый. К тому же в мои годы Гайдар уже полком откомандовал и в отставку вышел!
— А дядя — бывший маршал? — Легонько стукаю по приборному щитку.
— Да нет, он всего на девять лет старше мамы. Ему сорок шесть.
— Бизнесмен?
— Я даже не знаю точно. Вечно по делам мотается — то Москва, то Симферополь, то Киев. Вот семьи у него нет.
— Почему?
— Не знаю. Не сложилось. Да и он лет двенадцать на Севере работал, золото, что ли, добывал или алмазы…
— А может — изумруды? — ляпнул я неожиданно для себя.
Юля просто пожала плечами.
— Не знаю. Может, и изумруды. Подъехали к дому, въехали во двор. Рядом с «мерсом» дом выглядит вполне обычным: правда, большой, двухэтажный, просторный, но станицы в этих местах богатые, такие дома — у каждого второго.