Молния снова расчертила небо. Сильнейшая вспышка. Вертикальная кривая черта, ударила в землю. Рикмен даже не моргнул. Молния ударила точно туда, где несколько недель назад похоронили трех детективов.
Надо бы поспешить.
Смотритель взял большую лопату, перекинул ее через плечо и быстрым шагом направился к месту захоронения полицейских.
Подойдя к могилам, Алан увидел в одной из них небольшое рваное углубление, образовавшееся в месте, куда шарахнула молния. В ней лежал обнаженный человек. Его кожа была очень бледной, почти серой – Алан заметил это, даже несмотря на то, что луна давно спряталась за тяжелыми облаками. От скорченного на земле человека шел пар.
– С возвращением, – прохрипел Рикмен.
Человек, опираясь на руки, дергано поднял голову. На Алана уставилось два ярко-зеленых глаза, словно кружочки фонарей. Человек оскалился и зарычал. Рык был негромким, но точно не человеческим. Алан со всей силы ударил тяжелой лопатой по хребту, прибывшему «нечто». И несмотря на то что Рикмен был уже стар, его удар припечатал человека к земле, и тот затих.
***
Рэй начал приходить в себя.
– Мммм… – промычал он, пытаясь приподняться.
Голова кружилась и его сильно тошнило. Спина ныла так, словно он всю ночь грузил уголь. Рэй попытался встать на ноги, но почувствовал, что его заваливает набок. Кто-то подхватил его, не дав упасть.
– Ну что, пришел в себя, мертвяк?
Старческий, хриплый голос.
Мертвяк. Плохое слово.
Рикмен помог Рэю встать на ноги, сделать пару шагов от могилы. Рэй еле-еле держался на ногах. Голова кружилась уже меньше, но что-то из живота просилось наружу. Рэя скрутило пополам. Сильный спазм словно перевернул все внутренности, его стошнило чем-то черным и склизким. Рэй чувствовал, как жижа мерзости поднимается по пищеводу, проходит через горло и льется изо рта. Рэй схватился за живот, снова почувствовав спазм, сильно рыгнул, но на этот раз из него ничего не вышло. В воздухе запахло тухлятиной и сыростью – так пахнет разлагающаяся плоть. Рикмен похлопал Рэя по спине. Тот закашлялся и начал отплевываться. Старик продолжал держать его под руку. После тошниловки Рэй почувствовал себя очень легко: словно что-то лишнее покинуло его организм. Он выпрямился и посмотрел на Алана своими редкими для шатена, зелеными глазами. Они уже не походили на фонари: обычные глаза, разве что немного яркие на фоне бледно-серой кожи.
– Что со мной случилось? – спросил Рэй.
– Ты умер, – ответил так просто Рикмен, и посмотрел куда-то за спину Рэя.
Рэй повернулся и увидел разрытую могилу: отверстие в могиле словно в землю попал снаряд; и надгробие со своим именем.
Снова ударил гром – такой сильный и резкий, что машинально хочется вжать голову в плечи.
– ААААА!!! – Рэй завопил.
Он упал на колени и схватился за голову, ее пронзила острая боль. Рэю казалось, что кто-то – раз за разом – бьет его топором по самой макушке и лезвие разрубает мозг прямо между полушариями. Перед глазами замерцали белые вспышки. Агония длилась всего несколько секунд, но за это короткое время Рэй вспомнил все. Вспомнил, как младенцем пришел в этот мир, всю свою жизнь и то, как ушел из нее – когда пуля разворотила ему затылок, выйдя точно из середины лба.
Рэй обмяк и затих. Глубоко, шумно вздохнул. Рикмен почувствовал табачный запах спелой вишни. Откуда? Мертвечина так не пахнет. Рэй встал на ноги, расправил широкие плечи и снова посмотрел Алану в глаза.
– Я все вспомнил.
– Поздравляю, мертвяк. Только не надо больше так вопить. Остальных разбудишь… хе-хе-хе, – прохрипел Рикмен. – А тебе, мертвяк, думаю, компания ни к чему.
– Рэй. Меня зовут Рэй, – строго произнес мертвый офицер полиции.
– Да хоть королева Елизавета, мертвяк, мне до лампочки, – просипел Рикмен, смачно сплюнув Рэю под ноги.
Старый наглец. А взгляд насмешливый.