Сегодня, в восемь часов сорок минут по вечернему времени, полиция – по анонимной наводке – нашла на берегу реки Ривер-Роуд еще один труп. Как сообщила пресс-служба полиции, это был тридцатидвухлетний Тимми Паттерсон, наркоман и мелкий преступник. По имеющейся у следователей информации, мистер Паттерсон содержал небольшой притон в доме, который располагался почти у самой границы города. В его крови было обнаружено большое количество кокаина, вперемешку с мескалином. Вопросы, как и почему мистер Паттерсон оказался в реке, полиция оставляет без комментариев, но наш источник намекнул, что следователи не сильно удивлены происшествием. «Возможно, находясь в наркотическом опьянении, Паттерсон упал с моста», – сообщил нам один из них.
На теле Тимми Паттерсона были обнаружены многочисленные ушибы, кровоподтеки и гематомы. О том, каким образом были получены эти травмы, полиция также не распространяется…»
Энни не стала читать статью дальше. Она подняла глаза на Рэя – в них застыли слезы. Плечи задрожали. Энни сделала глубокий вдох и выдох. Она резко встала со стула и прижала Рэя к себе. Ее слезы быстро пропитывали его рубашку. Он не стал ничего ей рассказывать, потому что то, что он узнал, наверняка убило бы Энни. Во время «допроса» с применением наручников и дубинки, Тимми Паттерсон выложил Рэю все. Этот говнюк так перетрухал, что после трех ударов дубинкой начал вещать не хуже телеведущего вечернего шоу.
Он познакомился с ней в баре. В одном из тех, где самый дорогой напиток не стоил и 10-ти баксов. Почему она пришла в такое заведение, он, конечно, не знал. Ему было плевать. Он сразу понял, что она не из местных. Когда он «подкатил» к ней, она уже была навеселе. Он угостил ее еще парой стаканов и предложил подвезти.
Энни говорила, что Бекки – ветряная натура, после знакомства она частенько отправлялась ночевать к ухажерам. Конечно, предварительно сообщив все Энни. В этот раз не сообщила.
Они переспали. Вечером следующего дня он позвал ее на вечеринку. Она согласилась. Когда в разгар веселья он предложил ей «нюхнуть», Бекки отказалась. Тогда он сказал, что это не кокаин, а просто «веселый порошок» для поднятия настроения. Что это не химия, и будет круто. Бекки недолго «ломалась». Потом они виделись три-четыре раза в неделю. Все встречи проходили одинаково: они выпивали, нюхали и трахались. Иногда это происходило на вечеринках, иногда – у нее дома. Бекки говорила, что у нее проблемы с финансами, но если он, несмотря на это, не прекратит угощать ее «веселым порошком», она будет с ним очень милой. И она была.
Каждый раз, когда Тимми произносил имя «Бекки», руки Рэя тряслись и ему все труднее было себя сдерживать. Имя мертвой подруги заставляло вспоминать слезы Энни и то горе, что пожирало ее словно рак.
Он бодяжил кокаин для того, чтобы его хватало на большее время для продажи. «Крупные» парни почти не имели с ним дел. Доставать наркоту становилось все сложнее и дороже. Однажды он стащил у одних заезжих балбесов немного мескалина. Он не очень разбирался в химии, но знал, что это хрень вызывает кайф. Начал смешивать одно с другим. Первым, кто попробовал смесь, стала пара неместных малолеток. Он боялся «толкать» смесь «на районе», поэтому продавал ее за пределами города.
В ту роковую для Бекки ночь они решили расслабиться еще в машине, по пути на очередную вечеринку. Паттерсон нюхал обычный кокаин, а Бекки он дал смесь. По ошибке, как уверял этот подонок. Все было нормально. Они заехали в укромное место, Бекки хотела «расплатиться», и, как уверял Паттерсон, делала она это всегда по своей воле. Когда они приближались к Ривер-Роуд, она забилась в конвульсиях, изо рта полилась пена, глаза Бекки закатились, она отрубилась. Он запаниковал. Пытался привести ее в чувство. Но Бекки не приходила в себя. Его «затуманенный» кокаином мозг соображал туго. Паника нарастала. Если его остановят с трупом в машине, ему крышка. Он погнал машину к старому мосту (им почти не пользовались). Был уже первый час ночи. Приехав на мост, он в спешке вытащил тело Бекки из машины и сбросил его с моста.
Рэй не совладал с собой. Не смог. После всего услышанного он жестоко отделал Паттерсона ни сказав ему ни слова. Рэй нашел порошок в его сумке. «Допрос» Рэй вел в гадюшнике, который Тимми называл своим домом. Молча и жестко он заставил Паттерсона вынюхать содержимое трех пакетиков. Когда торчок начинал орать или умолял о пощаде, Рэй снова принимался за дубинку. Он прекрасно понимал, что может сделать с ним что угодно. Потому что, когда это ублюдок всплывет, копам тридцать восьмого участка не будет до него никакого дела. Одним меньше – и хорошо. После того как Паттерсон перестал корчиться в конвульсиях и забрызгивать себя кровавой пеной, Рэй вынес его через черный ход и погрузил в багажник машины Паттерсона. Сел на водительское сиденье. Завел мотор. И повез мертвое тело в сторону Ривер-Роуд. К старому мосту.