Порой темы единоборств отчетливо проглядывают в твоих работах (роман «До смерти», например). И это закономерно, ведь ты кикбоксер и тренер по ММА. Увлечение спортом повлияло на формирование твоей личности, на творческий стиль? Как удается совмещать писательство и боевые искусства?
Драки — это то, чем я всегда занимался еще до того, как вышел на ринг. Когда я рос в Филадельфии, я был известным уличным драчуном. Я люблю единоборства, и я был чертовски хорош в этом. Именно благодаря полученным знаниям описание драк мне даются проще, чем другим. Я знаю, что чувствует кулак при столкновении с лицом. Я знаю, что локоть может сотворить с человеческим черепом, или как один четкий удар ломает ребра. Это позволяет мне как можно ближе подойти к теме насилия в моих работах. Но за что я люблю борьбу — так это за то, что она делает человека скромным. Каждому бойцу суждено быть избитым в зале или в присутствии сотни зрителей. Это, как правило, делает человека менее высокомерными. К примеру, ребята в зале, которые тягают тяжести и тонут в объятиях собственных мускулов — они хороши только в показухе. Большинство из них сильно дерзкие, потому что они никогда не участвовали в настоящей драке. Они никогда не выступали против кого-то сильного и большого, как и они сами. Бойцы же сталкиваются с этим каждый день на тренировках. Именно бокс заставляет тебя понять, что всегда найдется кто-то сильнее тебя.
Этот закон также применим и к писательству. Всегда есть тот, кто лучше и талантливее.
Я вижу, как другие авторы расстраиваются, если другой достигает более высокого уровня успеха или же забирает награду, которую ты в мыслях уже присвоил себе.
У меня такого нет. Я счастлив, когда узнаю, что автор достигает новых высот. Точно так же я обнимаю своего противника после спарринга — независимо от того, выиграл я или нет. Это признание того, что мы вместе в этой игре, в которой оба вынуждены бороться за право на существование.
Как ты считаешь, есть ли авторы, которые могут посоревноваться с тобой по «уровню насилия и кровавости» в произведениях?
Я не думаю об этом, как о предмете конкуренции. Когда я читаю «жесть» от Эдварда Ли или же Ричарда Лаймона, содержимое моего живота буквально взбалтывается, и мне это нравится. Я вообще считаю, что шокировать людей — это круто, и у каждого на этот счет есть свои методы. Вот, к примеру, из более новых авторов я могу отметить Шейна МакКензи и Кристофера Рафти. Эти ребята могут с легкостью настрочить совершенно ужасающие вещи!
Мои работы от схожих по жанру вещей отличаются отсутствием юмора. Большинство авторов, пишущих сплаттерпанк и экстрим-хоррор, в отличие от меня, не так серьезны в темах жестокости и насилия. А я склонен писать о реально темной стороне вещей. Но это не значит, что надо обязательно напихивать в книги насилие, где надо и где не надо. Напротив — надо хорошо чувствовать атмосферу и ситуацию, где это необходимо, где нельзя иначе построить сюжет.
Спасибо за увлекательный диалог, Рэт! REDRUM желает тебе всего наилучшего!
Это вам спасибо. Я желаю вашему журналу больших успехов!
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Ужасы в картинках
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀
⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Михаил Артемьев
Детские страшилки
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
№ 6