Димон молча двинулся в его сторону.
Странно, но Пашка даже не пытался кричать. Впрочем, это всё равно было бы бесполезно — на полтора километра вокруг — ни единой живой души. От страха Пашка совсем потерял голос, и, вжавшись спиной в решетку коллектора, издавал только какие-то невнятные скулящие звуки.
Димон подошёл к нему уже почти вплотную. Молчаливый, высокий, нож холодной искрой сверкнул в его руке. Но, не дойдя шага, остановился.
— Не хочу… Не хочу… Не надо… — захлебываясь соплями и слезами, повторял Пашка.
Глядя на него, Димон задумался. Их разделял один шаг; сломленный, Пашка даже подумать не мог о том, чтобы сопротивляться. Он лишь скулил и глотал слезы.
Выглядело это гадко и жалко.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Я наблюдал всё происходящее со стороны, не понимая, отчего Димон медлит. Когда необходимо, он умел быть жестоким, иногда — очень жестоким. Но унижать страхом было не в его духе.
Я понял: что-то будет.
— Жить хочешь? — неожиданно спросил Димон, в упор глядя на Пашку.
Икнув и шумно шмыгнув носом, тот усердно закивал.
Димон протянул ему нож.
— Тогда ударь.
Пашка, перестав скулить, посмотрел на него с ещё с большим испугом.
— Ударь, — повторил Димон. — Я сказал — кто-то должен остаться здесь. Если это будешь не ты, тогда… Кто-то должен…
Я оцепенел, наблюдая за этой сценой.
Пашка замотал головой, словно не желая верить в происходящее.
— Нет, — шептал он, — Нет.
Но его пальцы сами собой уже стиснули рукоять ножа…
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
На обратном пути мы не обменялись и парой слов. Иногда я оборачивался на Пашку и видел, как он механически шагает, уставившись перед собой стеклянными, бессмысленными глазами. Руки у него мелко дрожали.
Лишь когда мы уже подходили к дороге, ведущей в город, Пашка спросил:
— И что теперь будет?
Я пожал плечами.
— Не знаю. Может быть, Яма заснет. А может быть… В любом случае, в следующий раз моя очередь выбирать жертву.
— Очередь?
Я не стал объяснять. Позже надо будет рассказать ему о правилах, подумал я. Позже, не сейчас.
— А если меня найдут?
— Не найдут.
— Но…
— Не найдут, — повторил я.
Больше Пашка ничего не сказал.
Мы разошлись во дворе. Я понимал, как ему тяжело.
Но у меня на душе было не легче. Я думал о Димоне. Хватило ли бы у меня духу сделать то, на что решился он? Сколько ещё это будет продолжаться? И может быть, действительно лучше вот так…
Ответить я не мог.
Жара немного спала, и с востока потянуло прохладой. Остановившись на углу дома, я закурил.
Оставалось надеяться, что Дурные Сны вернутся не скоро, и у меня будет время подумать.
Подумать и сделать свой выбор.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Обрубки
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Миниатюре Юрия Погуляя (рассказ «У вас одно новое сообщение в 137 слов и 901 знак) отвечает весьма объемный, по нашим меркам, и полный безумия — настоящего безумия — рассказ в 382 слова и 2186 знаков с пробелами.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Виктория Колыхалова
Ходячий
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Автор о себе: «Родилась и живу в Волгограде. Окончила Волгоградский госуниверситет, романо-германское отделение филфака. С детства мечтала стать писателем, в 2013 году наконец поняла — в каком жанре».
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Я Оля. Иду на кухню, чтобы поесть и попить. Иду ночью, потому что ночью Ходячий спит и не видит меня. На столе лежит Коробка со Спичками. Я знаю их, им нравится гореть. Они громко шепчут мне: «Зажги меня, Оля! Нет, меня!» Смешно. Какие глупые! Я зажгу вас всех, по очереди! Я жгу Спички одну за одной и забываю, что хотел сделать на кухне. Вдруг я слышу шаги. Это Ходячий. Я падаю на пол.
— Ты хочешь есть, Коля? Хочешь борща? Что ж ты ночью-то ползаешь? Пожара нам не хватало…
Оно знает, как меня зовут. Я не знаю, кто проболтался. Больше всего это похоже на Телефон. Он болтает без умолку. Я боюсь, что он разболтает мой главный секрет…
Ходячий поднимает меня с пола и сажает на Табуретку. Табуретка вежливо держит меня, она надежный друг. Передо мной стоит Кастрюля, я опускаю в нее руку и ем Капусту, с которой стекает Красная Вода. Кастрюле щекотно. Я прошу ее потерпеть, я еще не наелся. Ходячий с громким криком отталкивает меня от Кастрюли. Ему не нравится, что я ем. Оно тычет в меня Ложкой и Тарелкой. Они сильно стукаются друг об друга, им больно. Я расстраиваюсь и плачу. Мне уже не до еды. Оно, как всегда, очень жестоко. Я хорошо помню, как оно изрезало на куски красивую Ткань, тыкало в нее Иглами, жгло Утюгом, а потом надело на себя, поверх своей кожи. Ткань корчилась и мучилась. Ножницы не виноваты, они любят резать, а Иглы — протыкать. Их просто заставляет Ходячий. Так опасно быть с ним рядом!