— Куда делся оборотень? — спросил я у Риты, опустившись перед ней на колени. Но она все так же раскачивалась из стороны в сторону и тихонько хихикала, не обращая на меня внимания.
Тогда я отправился искать помощь. Ворота оказались выломаны. Разнесённые в щепки створки едва держались на вывороченных петлях, протяжно поскрипывая на ветру.
Неимоверной силой обладал зверь… Но почему он оставил меня в живых? А Риту?
Остановившись, я ещё раз окинул взглядом двор и увидел то, что ускользнуло от моего внимания с самого начала…
Не помня себя от страха, я понесся по улицам, оставив позади злополучный двор Митрофана. Перед глазами мелькали дома, люди… — Меня окликали, но я не останавливался. Я бежал, сам не зная, куда. Дальше, дальше от проклятого места!
То, что я увидел на теле Ипполита… Я не представляю, как с этим жить теперь. На трупе охотника, выпотрошенном с невыразимой жестокостью и силой, я увидел след укуса… человеческих зубов.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Евгений Шиков
Перевёрнутые листья
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
От автора: «Мне в голову пришла идея написать рассказ-притчу вроде индийских или китайских, но в условиях современной России. Главный герой — этакий Кай из „Снежной Королевы" или Сизиф из древнегреческих мифов, обреченный постоянно заниматься бессмысленным делом, раз за разом останавливаясь за шаг до его полного завершения, а затем начиная всё сначала. Любовь же должна была придать всему происходящему смысл и спасти „Сизифа" от его вечного цикла…»
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
После пятого урока Полина впервые увидела фотографию, которую выложили на местном городском сайте. Машина лежала на крыше, её развороченный капот обнимал толстый клён, а чудом уцелевшие фары освещали изрытую колёсами землю, всю в опавших листьях, еле присыпанных первым снегом. Рядом с машиной на земле лежало два накрытых серой тканью тела.
— Говорят, он больше часа там лежал, — сказала Вика. — Горчаков. Выполз из машины и лежал там. Никуда даже не звонил, прикинь? Хотя мобильник у него работал.
— А почему именно «выполз»? — Полина пролистала остальные фотографии из новости, но больше интересных не было. Просто фотки счастливой семьи, ещё до аварии.
— Ну, ноги кажется, сломал. Ты представляешь — он листья переворачивал!
— В смысле? — удивилась Полина. — Какие листья?
— Какие-какие… кленовые! Ползал — и переворачивал их. У Алёшкина мама в скорой, она говорит, на вопросы даже не отвечал — всё листья переворачивал.
— А чего так? Зачем он… — Полина убрала телефон. — Слушай, а он головой не ударялся?
— Ударялся. У него закрытая травма какая-то.
— Ну вот, от того и спятил… — она взяла поднос с посудой и поднялась на ноги. — Ладно, пошли наверх. Шесть минут осталось.
Некоторое время все в городе обсуждали эту новость, но потом какая-то девочка в Стрелково спалила дом, и об аварии забыли.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
В больнице он снова увидел перевёрнутые лица. Сергей заметил их, когда его выписали из реанимации. Там он видел только лица в бледно-зелёных масках, с серьёзным, озабоченным взглядом поверх. Только когда его перевели в терапию, он увидел лица без масок — и понял, что с ними что-то не так. В больнице Горчаков до этого никогда не бывал, только в поликлинике, поэтому сначала его это испугало.
Уголки их губ всегда были направлены вниз, тёмные веки тяжёлыми мешками тянули лицо вниз. Тогда он понял, что это нормально для больницы — носить маски поверх лиц.
Первое перевёрнутое лицо он встретил через две недели. Девочка с остриженной, залитой зелёнкой головой, появилась у них в один из мрачных, серых вечеров. Её привезли на коляске и стали подготавливать постель, оставив девочку сидеть у окна. Девочка сначала не двигалась, а затем повернула лицо к Сергею и улыбнулась.
Сергею сделалось жутко. Стараясь шуметь поменьше, он передвинулся к краю кровати, наклонился вперёд, упёрся ладонью в паркетный больничный пол, и, свесив вниз голову, взглянул на девочку.
Так и есть. На перевёрнутом лице её взгляд стал осмысленным — злым и ищущим, губы теперь кривились в оскале.
Сергей забрался обратно в кровать. Девочка через несколько секунд отвернулась к стеклу, и её лицо вновь стало безучастным. Вскоре медбратья переложили её в расправленную кровать и вышли из комнаты.