— Залезай в машину, — сказал Сергей, и, достав телефон из кармана, покрутил им в воздухе, — и убирайся из города. Сегодня же. Иначе из облака оно разлетится по всем адресам из моей книжки. Ты же знаешь, что такое облако, так? Вижу, что знаешь, по глазам вижу. И ты знаешь, что оттуда ничего не удалить.
— Ты, сраный хромой…
— Пять…
— Думаешь, я испугаюсь?
— Четыре..
Мужик шагнул вперёд и двинул Сергею в нос. Рот заполонила кровь, Сергей бухнулся на спину, вытер кровь и приподнялся на локтях.
— Три, — сказал он.
Мужик посмотрел на машину, стоящую на дороге.
— Два.
— Ладно, с-сука! Уезжаю! — он сплюнул. — Скажи своей суке, что если кому проболтается — я вернусь, понял?
— Один.
Он бросился к машине. Сергей опустил голову на землю.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Полина присела рядом с ним.
— Тебе больно? — спросила она.
Сергей оглянулся на клён, но там никого не было. Фигура, кем бы она ни была, растворилась, ушла туда, куда уходят все перевёрнутые. С потемневшего неба падал первый снег.
— У тебя кровь, — Полина засунула руку в карман, вытащила платок и попыталась засунуть его в нос Сергею. — Задери голову и глотай.
Тот человек, появившийся на ночной дороге, пьяный и испуганный — где он сейчас? Благодарен ли за подаренную ему жизнь? Или также перебегает перед несущимися машинами поздней осенью, не понимая, как легко переворачиваются миры на скользкой дороге?
— Не важно, — сказал Сергей.
— Что не важно, придурок? — Полина приподняла его голову. — А вдруг он тебе что-то сломал, и у тебя кровь прямо в мозги вытекает? Ты ж и так псих.
Перевернуть свой мир могу только я, и никто другой, — понял Сергей. — Не надо фигур, не надо пьяниц, не надо мужиков и облаков — низких осенних или далёких виртуальных. Не надо мертвецов и не надо червей под листьями, не надо вторых этажей и завучей, чатов и тредов, клёнов и неба.
Надо только понять, в какую сторону переворачивать.
Сергей запустил пальцы в траву и сжал их, он взялся за землю, взялся за всё, что поместилось в его руки, — и перевернул весь мир, всё небо и всего себя.
Полина ойкнула, когда он лёг на неё, потом рассмеялась.
— Ты чего на меня перевернулся, придурок, а? — затем она перестала смеяться, взглянула ему в глаза, едва улыбаясь. — Чего ты, а?… Серёж, ты думаешь…
Тогда он наклонился и поцеловал её, пачкая губы в своей крови. А когда он, наконец, оторвался от её лица, по её щекам бежали слёзы, в которых так быстро таял первый снег.
Её лицо больше не выглядело перевёрнутым. Теперь оно выглядело счастливым.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Стихи
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Альберт Гумеров
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Анимэ
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Будни
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀