— Чего вы хотите? — Ребров сделал вид, что сдался. Он мог и не торопиться: оснований для задержания достаточно. Рано или поздно мусорщик всё расскажет.
— Правды, — ответил старик.
«Всё-таки рано», — подумал Ребров.
— Знаете миф о трёх китах? — спросил старик.
— Тех, что на спинах держат мир?
Мусорщик энергично закивал. В первый раз за утро он выглядел оживленным.
— Одна легенда гласит, что китов было четверо, — начал старик. — Кит, что нёс больше всего грехов, погиб. Тогда часть земли ушла под воду, а вода растеклась на океаны, моря и реки. Если погибнут остальные, в мир хлынет тьма.
— Как это связано с пропавшими?
— Мальчишка, который вроде как является моим внуком — четвёртый кит. Он не погиб, как гласит предание, а спустился на землю, чтобы помочь извне.
Ребров поборол глупый смешок. Почти каждый пойманный маньяк пытается заменить тюрьму психбольницей. На губах следователя появилась хищная улыбка: он соврал, когда говорил о снисхождении. Ребров уже решил, что сделает всё, чтобы отправить ублюдка в «Чёрный дельфин» или в «Белый лебедь» — самые жуткие тюрьмы России.
— Я знаю: мальчик покинул братьев не по своей воле, — продолжил мусорщик. — Дело в вере: когда-то целые народы поклонялись китам, но спустя века стали для нас лишь кусками мяса и китового жира. Но им по-прежнему нужны были Источники.
— Вы пытаетесь связать пропавших и Источники? — подыграл мусорщику Ребров.
— Пропавшие и есть Источники. Он…
— По-вашему, ребёнок убил пятерых человек?
Старик хлопнул себя по лбу в негодовании:
— Не убил, а нарисовал! Не знаю, сколько они ещё прожили — киты научились растягивать удовольствие от трапезы.
— Почему именно эти люди?
— Только они пришли на зов.
— Зов?
— Пение. Источники идут на песнь, и мальчик переносит их в портреты.
Ребров глянул на часы — 8.30 утра. Он проболтал со стариком час и ничего не узнал. Чистосердечного не будет, это ясно. Ребров больше не мог сдержать накопившуюся за годы ярость:
— А вещи? Их он в портреты не прячет? Почему пятнадцатое июля? Почему только один раз в год?
— Одежда — шелуха, а пятнадцатое июля — привычка, — отмахнулся мусорщик. — Правда в том, что мальчик умирает, ведь Источники переходят в другой мир, а в нашем ему нечем питаться. У него нет сил вернуться домой. Всё, что он ещё может — раз в год нарисовать Источник.
Впервые за свою карьеру Ребров не удержался. Одним махом он оказался возле старика и схватил его за грудки:
— Я шесть лет гонялся за тобой, вместо того, чтобы растить дочь! Жена подмешивает мне снотворное, чтобы я мог заснуть и перестать думать о тебе! Как ты заманил жертв? Как не оставил следов?
— Ты чувствовал, что рисунки вибрируют, — быстро, как заклинание, прошептал старик. — Как и китам, им нужна вера. Не поддавайся, иначе они оживут. Сожги дом.
Ребров не помнил, как толкнул мусорщика, и тот рухнул со стула на пол. Из-под головы на линолеум растеклась лужица крови. Глаза старика закрылись, изо рта вывалился кончик языка.
— Почему ты пришёл? — орал Ребров, зная, что мусорщик не услышит.
В кабинет кто-то вбежал, крепкие руки схватили Реброва за плечи и потащили к двери. Перед тем, как его вытолкнули, следователь посмотрел на старика.
Тот открыл глаза и, как ни в чём не бывало, глядел на Реброва.
— Я не закончил допрос! — хрипел следователь, пытаясь вырваться. — Кто ты такой? Кто?! Скажи мне!
Мусорщик ответил.
Лицо Реброва скривилось от ненависти: старик опять лгал.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Ребров умылся, получил нагоняй от начальства и с чистой совестью курил на крыльце комитета. Всё кончилось. Ужас, который шесть лет сковывал Кащеевку, увезли в больницу.
— Правосудие ещё и не таких ломает, — пробормотал Ребров.
— Что, простите? — раздался голос сзади.
Ребров обернулся. Участковый. Следователь в первый раз задумался, о том, сколько пареньку лет. Наверное, не больше двадцати двух. Или лет тридцать. Участковый зажал под мышкой сложенный листок и бумажную папку.
— Ребёнок заговорил? — спросил Ребров.
— Он же немой, — замялся участковый.
— На языке жестов, — терпеливо добавил Ребров.
Участковый почесался, и глядя под ноги, ответил:
— Мальчик им не владеет. Может, его похитили очень давно?
— Кто сейчас с ним сидит?
— Ну, — участковый принялся искать варианты. — Я хотел перекусить, вот и подумал…