— У нее самой «вольво», старенькая, как моя кошка.
— Мне машины всегда нравились, так что Роза в них поневоле разбирается. Спросите ее о «феррари», «порше», «ламборгини», и она столько всего расскажет. Люди здесь нечасто берут напрокат «порше». «Мерседес» — да, но не «порше». А вот у него «порш». Вот я и подумала, что Лупано, может быть, держит его здесь.
— Как она там? — спрашивает Эд, усаживаясь за стол с чизбургером из «Свитуотера». — Неприятный случай.
— Не очень хорошо.
— Я в этом году укол делал от гриппа. Дважды подхватил грипп и один раз простуду. Это как давать леденец, чтобы зубы были здоровые. Нет, больше я на их удочку не попадусь.
— А когда Дрю убили в Риме, Джанни Лупано был здесь? — спрашивает Люси. — Слышала, он вроде бы уезжал в Нью-Йорк, но вы, может, лучше знаете.
— В середине месяца, в воскресенье, Дрю выиграла здесь турнир. — Эд вытирает губы салфеткой, берет большой стакан содовой и пьет через соломинку. — А вечером Джанни улетел из Чарльстона. Я потому знаю, что он попросил присмотреть за машиной. Сказал, что неизвестно, когда вернется, а теперь вдруг объявился.
— Но вы его не видели?
— Я его почти никогда не вижу.
— Вы с ним по телефону разговариваете?
— Обычно да.
— Не понимаю. Кроме того, что Дрю участвовала в Кубке «Фэмили сёкл», что ему делать в Чарльстоне? Сколько турнир продолжается? Неделю? И это только раз в год.
— Вы бы удивились, если б узнали, какие люди здесь бывают. Даже кинозвезды.
— У него в машине GPS есть?
— У него все есть. Машина что надо.
— Я бы хотела позаимствовать ключ, — говорит Люси.
— Этого я не могу. — Эд убирает чизбургер в контейнер.
— Не беспокойтесь. Кататься на нем я не собираюсь, мне только проверить кое-что надо. Я же знаю, вы никому не скажете.
— Ключ я вам дать не могу. — Эд перестает жевать. — Если он прознает…
— Ключ мне нужен минут на десять, самое большее пятнадцать. И никто ничего не узнает. Обещаю.
— Может, вы заодно и мотор погоняете? Вреда не будет. — Он открывает пакет с кетчупом.
— Договорились.
Люси выходит через заднюю дверь и отыскивает «порше» в укромном уголке парковочной стоянки. Заводит мотор, открывает бардачок — проверить регистрацию. Включает G PS, открывает базу данных и записывает сохраненную информацию в блокнот.
В кабинете магнитно-резонансного сканирования Бентон Уэсли смотрит через стекло на скрытые простыней ступни доктора Селф. Она лежит на выдвижном столе внутри камеры четырнадцатитонного магнита. Подбородок зафиксирован пленкой — чтобы не шевелила головой, которая прижата к катушке, принимающей радиочастотные импульсы, необходимые для получения образа мозга. На голове у Селф наушники. Через них спустя какое-то время, когда начнется функциональная визуализация, она услышит аудиозапись голоса матери.
— Пока что все хорошо, — говорит Бентон, обращаясь к доктору Сьюзен Лейн. — Если не принимать во внимание ее фокусы. Мне очень жаль, что она заставляет всех вас ждать. — Он поворачивается к технику: — Джош? Что у тебя? Готов?
— Жду не дождусь, — отвечает сидящий у пульта Джош. — Дочку сегодня целый день рвет. Жена меня, наверное, убьет.
— Не знаю никого, кто бы принес в этот мир столько счастья. — Бентон имеет в виду доктора Селф, истинный глаз бушующей вокруг нее бури. Снова глядя через стекло, он замечает краешек чулок. — Она что, носит колготки?
— Вам еще повезло, что она хоть что-то надела. Когда я привела ее сюда, она настаивала на том, чтобы снять все, — говорит доктор Лейн.
— Ничего удивительного. — Бентон осторожничает. Хотя доктор Селф и не может ничего слышать, пока они не пользуются интеркомом, она может их видеть. — Маниакальное поведение. С первого дня поступления. Поговорите с ней — и увидите: она же в полном здравии.
— Я спросила, есть ли на ней что-то металлическое, может быть, замок в бюстгальтере. Объяснила, что сканер дает магнитное притяжение в шестьдесят тысяч раз больше земного и ничего металлического в камере быть не должно, но она так толком и не ответила. Сказала, что да, есть, и, по-моему, даже с гордостью, а потом стала жаловаться, какое это бремя — иметь большие груди. Я, разумеется, сказала, что ей нужно снять бюстгальтер, а она ответила, что в таком случае предпочитает снять все, и попросила больничную сорочку.
— Понятно.
— В общем, она надела сорочку, но я убедила ее оставить еще и трусики. И чулки.
— Хорошо, Сьюзен. Давайте начнем.
Доктор Лейн нажимает кнопку интеркома.
— Мы собираемся начать с локализации образов, другими словами, с построения структурных карт. Первая часть займет примерно шесть минут. Вы услышите довольно громкие, непривычные шумы, производимые машиной. Как вы себя чувствуете?