— Так ты считаешь, Анна может уже одна работать?
— Конечно, может! — Она обратилась к Анне: — Все помнишь? Сама справишься?
Той не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть.
— Отлично, — отрезал Осокин и перешел на официальный тон: — Завтра в двенадцать будьте с бумагами в приемной президента. Я вас сам представлю.
Из конюшни Галина направилась не домой. Ее малиновый «форд» мягко притормозил возле офиса. Галина объяснила охраннику, что забыла ключи в столе. Поднялась по лестнице. Зашла в кабинет и включила компьютер Анны. Тот едва слышно зашумел, и вскоре на экране появилась заставка «Windows».
Галина поменяла местами файлы, уже готовые к подписи. Вся операция заняла у нее не больше двадцати секунд. И уже через пару минут, обворожительно улыбнувшись охраннику, она вышла из офиса.
Глава 11
Павел машинально наблюдал за тем, как мелькают в сером рассветном свете деревья за окном «мерседеса». Вполуха слушал неторопливый рассказ Олега о том, что произошло без него в компании (разные мелочи, все важное он каждый день по телефону рассказывал). И думал лишь о том, что скоро приедет домой и наконец как следует выспится.
Еще в самолете он понял, как безумно устал за этот месяц. Почему-то все партнеры считали, что для плодотворности будущей совместной работы они просто обязаны устроить вечером грандиозный банкет.
Ни один из банкетов пропустить нельзя: личное оскорбление! А поскольку подобные мероприятия проходили чуть ли не каждый вечер, к концу поездки Павел уже заранее ощущал тошноту и легкое головокружение.
— Надеюсь, ты на вечер ничего не планировал? — поинтересовался Олег. — Я банкетный зал заказал в «Царской охоте». Надо отметить твое возвращение.
— Согласен на любую другую пытку! Только не банкетный зал, пожалуйста! — взмолился Павел.
Олег заметно расстроился:
— Ну вот… А как же традиция? Вообще-то удачные сделки обмывать принято.
— Традиции на то и существуют, чтобы их нарушать. К тому же с сегодняшнего дня я в отпуске.
— В каком отпуске? — опешил Олег. — А Лондон? Ты что, забыл, что тебе в Лондон ехать?
— Так это когда еще? Еще послезавтра. К тому времени я уже из отпуска выйду.
Олег усмехнулся. Достал из кармана мобильный телефон. Набрал номер.
— Игорь Сергеевич? Привет. Это Осокин. Насчет вечера — все отменяется. Да, конечно. Все понимаю! По деньгам разберемся.
Он отключил мобильник. Повернулся к Нестерову:
— Да, тут еще новость. Не очень приятная. Я Веру твою уволил.
— Как уволил?!
— Безжалостно! Она информацией приторговывала.
— Вера?! Да нет…
Павел не хотел, не мог в это поверить. Вере, своему референту, он полностью доверял. И все три года, пока они работали вместе, она это доверие оправдывала. Но ведь Олег не стал бы просто так, без причины, увольнять надежного, проверенного работника.
— Да, — выдохнул Олег. — И это очень тревожный сигнал.
Павел резко повернул к нему голову. Сна в его глазах как не бывало.
— Дело не в Вере, — не сразу продолжил Осокин. — Мало ли на чем можно было сломать девчонку. Да я и не уверен, что она была в единственном числе.
— Что ты имеешь в виду?
— Помнишь Бендера? «С таким счастьем — и на свободе!» Неужели ты думал, что наши последние операции могут остаться незамеченными? У нас сейчас миллионные обороты, а если удастся получить инвестиции в Англии… Желающих наложить лапу на эти деньги в стране победившего капитала будет предостаточно.
— Волков бояться — в лес не ходить, — буркнул Павел.
Но вопреки лихой фразе он выглядел озабоченным.
Им не впервой было сталкиваться с мафиозными структурами, будто спрут пронизавшими своими щупальцами все области жизни — власть, бизнес, милицию, суд. Впервые друзья столкнулись с криминалом на другой же день после того, как открыли свое первое дело — небольшое кооперативное фотоателье. Собрав все сбережения, продав старенькую «копейку», доставшуюся Павлу по наследству от отца, немного подзаняв у тетки Олега, они купили подержанное автоматическое оборудование для проявки и печати снимков фирмы «Кодак». Тогда это было еще внове. Остатки денег ушли на взятку начальнику ЖЭКа и на элементарный ремонт небольшого подвальчика, в котором до того дворники держали свои лопаты и метлы.
Утром следующего дня на пороге подвальчика появился юноша, высокий, худой, с серыми до голубизны глазами навыкат. Двое парней покрепче, ухмыляясь, маячили за его плечом. Павел невольно улыбнулся, вспоминая те романтические времена. Тогда слово «крыша» обозначало для большинства населения всего лишь только кровлю, спасающую от осадков жилые и прочие сооружения.