Окинула взглядом бумаги, лежащие на столе. Перехватив этот взгляд, Анна быстро перевернула какой-то листок на углу стола. Пробормотала:
— Это для служебного пользования.
Лариска округлила глаза:
— Да мне-то что? Это твои дела — я в них и не лезу. «Что-то ты темнишь, подруга! И, главное, чего-то жутко боишься. Это уже становится интересным!»
— Я вот что думаю: заезжай-ка ты, Анют, ко мне вечерком. Посидим, поболтаем. А то у нас в последнее время какая-то напряженка в отношениях возникла. Надо же ее как-то преодолевать.
— Ларис, я вечером никак не могу. А сейчас извини, мне работать надо.
«Ага! Выпроваживаешь, значит. Ну-ну. Интересно, что это за листочек ты так шустренько в урну выкинула?» Лариска поднялась со стула. Улыбнулась:
— Ну что ж, мое дело — предложить.
— Правда, Ларис, давай потом как-нибудь. Сейчас никак не могу.
— Да ладно, не напрягайся!
Выйдя от Анны, она отправилась к Галине.
В последнее время Лариска усиленно пыталась с ней подружиться. Галина была очень влиятельной в компании женщиной. Дружба с ней могла пригодиться. На контакт Галина шла охотно, однако на особую дружбу рассчитывать не приходилось.
Лариска сразу начала с главного:
— Галина, ты можешь под каким-нибудь предлогом на пару минут удалить Анну из кабинета?
— А что такое? — удивилась та.
— Пока не знаю. Но как-то странно она себя ведет. Надо кое-что проверить. Я тебе потом объясню. Сейчас ее надо срочно из кабинета выманить.
— Хорошо, попробую.
Остановившись за углом в дальнем конце коридора, Лариска стала наблюдать за дверью. Вскоре Анна вышла из кабинета и удалилась по коридору. Лариска тотчас покинула свой наблюдательный пункт.
Заскочив в кабинет, первым делом кинулась к мусорной корзине. Достала выброшенный Анной листочек и обомлела. На листочке было несколько подписей. Если бы Лариска не знала, что их сделала Анна, она была бы уверена, что это подписи Нестерова.
Лариска бросила взгляд на край стола. Бумаг, которые перевернула Анна, там уже не было.
«Из кабинета она вышла без документов. Значит, бумаги где-то здесь», — размышляла Лариска.
В одном из ящичков стола она нашла договор на поставку стройматериалов фирмой «Свенсон». С подписью директора «Свенсона», но без подписи Нестерова. Перевела взгляд на мятый листочек, который достала из мусорной корзины.
«Так вот оно что! Значит, документики подделываешь? И сколько тебе за это платят? Вот, значит, откуда у тебя деньги на коттедж, на охрану».
Забирать документы было нельзя. Даже пропажу листочка из мусорной корзины Анна могла обнаружить. Лариска метнулась к ксероксу.
Делая копии, размышляла над тем, что ей теперь предпринять. Имея на руках такую информацию, можно было, как говорит Игрунов, «рубить по полной программе». Это уже не сокрытие бывшего местожительства и дочки от начальника, на которого глаз положила. Это — служебное преступление. Станет платить, никуда не денется.
Но, отдавая Лариске деньги, эта «мадам» все равно будет ощущать свое превосходство. Как же: сильная, богатая женщина платит жалкой шантажистке! Откупается, кидает подачку.
Лариска хотела другого. Хотела отомстить зарвавшейся подруге. Бывшей подруге! Отомстить по-настоящему. Унизить, растоптать.
«Надо посоветоваться с Галиной, как это лучше сделать, — решила Лариска. — Кстати, отличный повод для того, чтобы с ней наконец сблизиться».
Глава 24
Этим же вечером Галина передала полученную от Ларисы информацию Осокину.
— Надо срочно все рассказать Нестерову. Она же там за его спиной черт знает что творит, — горячилась Галина. — Она всю компания развалит!
Осокин же повел себя странно. Заявил, что Нестерову ни о чем говорить не надо — Олег сам с этим разберется. Довольно жестко предупредил:
— Ты все поняла? Нестерову — ни слова. Это может только навредить.
«Кому навредить? Что за бред он несет?!» — поразилась Галина.
— И подружку свою новую предупреди. Хоть слово кому-нибудь скажет, в пять минут на улице окажется! Эти ксерокопии у тебя?
— У меня.
— Давай сюда. Буду разбираться.
Осокин был крайне взволнован. Отказался от ужина. Закрывшись в кабинете, долго разговаривал с кем-то по телефону. А потом и вовсе куда-то засобирался.
И тогда Галина все поняла.
Анна — любовница Олега! На самом деле любовница. Все обстоит так, как она и представляла с самого начала. Интрижка с Нестеровым так, для отвода глаз.
От отчаяния хотелось орать, бить стекла, бросаться на Осокина с кулаками. Ведь она, дура, сама предложила информацию о предательстве Анны донести до Нестерова через Олега. Для большего эффекта.