– Я спокойна, почти. Я могу к тебе приехать?
Она могла отказать; я боялась, сейчас она скажет, мол: «Значит, сначала ты не хотела ко мне приезжать и согласилась на удочерение соседкой, а когда начались проблемы, я тебе сразу понадобилась». Но бабушка лишь ответила мягким голосом: «Конечно, приезжай. Буду рада тебя видеть. Приезжай на улицу Рубинштейна, 21. Рядом есть станция метро». Бабушка согласилась, чтобы я приехала к ней. Может, внутри она все также меня ненавидит, но сейчас готова помочь. Ведь я единственная наследница этой квартиры; я ее единственная внучка. Послышались короткие гудки; бабушка отключилась.
Я наскоро собрала немного вещей: бросила в рюкзак недочитанную книжку, пару свитеров, конверт с деньгами, фотоаппарат и дневник с пеналом. Пока что мне этого хватит. Мой паспорт и завещание были на месте; захватила наушники, накинула куртку. Но когда я выходила из квартиры, подбежала Галя и схватила меня за запястье. У меня не получилось резко вывернуть руку, поэтому я отчаянно пыталась вырваться из ее мертвой хватки.
– Диля, что-то случилось? – мягким и спокойным тоном сказала Галя, но я знала, что это лишь ее красивая обложка, и внутри она совсем не та, за кого себя выдает.
– Да, случилось! – не сдержалась я, перестав бороться.
– Все в порядке, – сказала Галя на распев. Мне захотелось успокоится, зайти обратно в квартиру, попить чаю и поговорить с Галей, как раньше разговаривала с мамой. Но я встряхнула головой, вспомнив, что Галя не мать, что она хочет продать мои воспоминания и мечты, которые навсегда останутся в этом доме. Я вздохнула и сделала резкий рывок, высвободив запястье из руки Гали; тогда я вызвала лифт, и как можно скорее выбежала из подъезда. Мне нужно было на станцию метро; где она находится я хорошо помнила, так как мы с Артуром часто ездили по Питеру, пользуясь метро. Галя кричала из моего окна, что я совершаю ошибку и пожалею об этом. Я мысленно усмехнулась: еще посмотрим, кто из нас будет жалеть о случившемся.
В метро я еле успела забежать в поезд. Люди с интересом разглядывали меня; сейчас было утро, учеба давно началась, сейчас многие ехали на работу. В соседнем вагоне, через прозрачное стекло, я увидела Дмитрия. Он копался в телефоне, немного прикрыв глаза, как будто сейчас уснет. Я отвернулась от стеклянного окошка в двери и ушла в другой конец своего вагончика. Взялась рукой за перила, достала телефон, чтобы сделать вид, будто я что-то делаю или опаздываю. На самом деле я чувствовала себя плохо; даже смотреть ленту соц-сетей не хотелось. Я посмотрела на карте станцию, на которой нужно выйти и запомнила ее. Осталось лишь доехать до бабушки, а там как образуется.
***
Я приехала к бабушке. Правда, по пути я успела заблудится, ведь я никогда не была в этом районе. Телефон, как назло, разрядился, так что мне пришлось доверится интуиции и хоть каким-то навыкам ориентирования. Признаться, я не думала, что так сильно потеряюсь. Позвонить бабушке я не могла, а найти выход ситуации мне нужно было. В итоге оказалось, что я просто свернула не за тот угол, и пошла в обратную сторону от дома.
К бабуле я пришла лохматая, с рюкзаком и потекшей тушью. У моей бабушки не пахло в доме пирожками, едой и прочими бабушкинскими штуками. В квартире было свежо и светло, и плохие мыли как-то отошли на задний план. Квартира была оформлена в стиле Прованс; я не помню, когда я была здесь в последний раз, но здесь создавалось ощущение уюта и комфорта, словно я живу здесь с рождения. Бабушка ничего мне не говорила, лишь пошла поставить чайник на кухне. Я сняла куртку и прошла в гостиную.
Гостиная была оформлена в бирюзовых, пастельных цветах; на обоях и шторах красовались розовые пионы, словно я оказалась в сказочном саду. В комнате было светло и по-деревенскому уютно; мягкие диванчики пастельного зеленого цвета стояли друг напротив друга и были усеяны огромным количеством маленьких подушек. Между ними стоял белоснежный стол с лампой; на нем лежали различные блокноты, ручки, книги. Бабушка занималась своим бизнесом и часто путешествовала. Поэтому у нее в доме можно было найти штуки из самых разных стран, от Канады до Японии.
В конце комнаты стоял камин; он тоже был в светлой пастельной гамме, а рядом стояли два кресла с клетчатыми подушками. Также стоял кофейный столик, на нем уже стоял чайник и пара кружек с ароматным ромашковым чаем. Но ведь бабушка только несколько минут назад ставила чайник, а он уже здесь. Что за магия? Впрочем, сейчас волшебство никак не могло спасти меня от Гали, которая все еще была в моей квартире.