Как и было условлено, Рик отправился на границу, когда солнце опустилось к горизонту. Весь день он промаялся, думая, всё ли хорошо у короля и свиты, нашли они правителя Гардарии или нет. Пытаясь отвлечься, он немного помог хозяйке трактира, в котором ему выделили комнату. Но был так рассеян, что только всё испортил.
Когда женщина увидела вместо прибранной комнаты рассыпанную по полу золу, мокнущую в луже воды, и стопку разбитых тарелок, мальчик решил, что ему сейчас не поздоровится. Но хозяйка только велела ему пойти поиграть на улицу. Что ж, авторитет короля спас Рика от порки.
У границы, ожидая возвращения монарха, мальчик ловил на себе взгляды сторожевых собак и пограничников. Один мужчина подошёл и, разрешив погладить собаку, попытался узнать больше о вылазке на территорию зловредных соседей. Но Рик, помня, чем для него закончилась излишняя доверчивость, ответил только, что король запретил говорить об этом.
Когда на небо взошла зелёная, обгрызенная луна, Рик смиренно вздохнул и поплёлся обратно, к сияющей огнями деревне.
Тут до его слуха донеслись ржание и топот копыт, а вслед за этим заливистый лай. Только один конь отправился в Гардарию, и мальчик обрадованно обернулся в надежде увидеть Ната на Глутамате.
Через ограду, освещённую холодным светом фонарей, перескочила фигура жеребца. Миг – и она окрасилась чёрно-зелёным. Пограничник придержал собаку, а паж радостно бросился к коню.
- Глутамат! Вы вернулись!
Он протянул руки к морде скакуна, но тот вдруг развернулся к нему одним ухом. Не успел паж ничего сообразить, как его окружила чернота. А потом он отлетел прочь и рухнул в траву!
Удар выбил воздух из лёгких, и мальчик судорожно вдохнул. К нему подскочил Глутамат и начал в нетерпении топтаться на месте. Теперь лаяли уже две собаки. Спереди послышалось:
- Гардариец! – И топот в его сторону.
- Что… - Рик кое-как сел и обнаружил, что одет в белый плюшевый комбинезон с капюшоном, который сейчас, в свете луны, выглядел зелёным.
Впереди выросла фигура пограничника. Конь резко подался к мужчине и встал между ним и поспешно вскочившим пажом.
- Ну-ка, отойди! – Пограничник попытался обойти скакуна.
Тот быстро развернулся и, подхватив ничего не понимающего мальчика за ворот, рванул прочь!
- Г… глутамат! – Закричал паж, болтаясь в его зубах. Слева и справа мелькали колени жеребца, трава под ногами превратилась в сплошной тёмный ковёр. – Пусти! Верни всё обратно!
Земля рванула вниз. Перед глазами Рика раскинулась сияющая луна над колючей спиралью проволоки – а потом копыта коня стукнули по траве за оградой. Далеко позади слышались встревоженные и сердитые голоса, лаяли собаки. Глутамат поставил Рика на землю и склонился, чтобы тот взобрался в седло. Однако паж не спешил подчиняться.
- Глутамат! – Сердито заговорил он, оборачиваясь. – Преврати меня обратно! Где твой хозяин?
- Игого! - Нетерпеливо заржал конь и указал передней ногой на лес.
- Почему ты не с ними? Его Величество запретил мне идти, и костюм ничего не решит! Возвращайся, слышишь? Только сними с меня это!
Он попытался снять капюшон, но тот снова будто прилип к голове. Глутамат поднялся и, ухватив Рика за рукав, потянул в лес.
- Нет, Глутамат! Что ты делаешь? – Закричал мальчик, вырываясь. – Хорошо же! Скажу Его Величеству, из-за кого я оказался в Гардарии - ещё не так обидишься, как в прошлый раз!
Глутамат закатил глаза и ступил в ельник. Здесь Рик снова рванулся.
- Да пусти, хорошо. Веди давай.
Конь разжал челюсти и подхватил мальчика за шкирку.
- Ай! Что…
Тут же паж оказался перекинут через спину Глутамата. Он поспешно устроился в седле и неуверенно взял поводья.
- Погоди… Я ни разу…
Конь рванул с места, уносясь в черноту леса. Мальчик вскрикнул и, упав вперёд, вцепился в шею коня. Ноги не дотягивались до стремян, и он как можно крепче сжал коленями бока скакуна. Подвижная спина подкидывала в воздух, и мальчик боялся, что вот-вот свалится.
Порывом ветра сорвало капюшон, растрепались золотые волосы. Грива коня щекотала лоб.
- Глу… Глутамат, помедленнее… я же упаду! Глутамат!
Конь будто не слышал, мчась всё дальше. А Рик уже не мог думать ни о чём, кроме как что нужно держаться крепче и не выпасть из седла. Конечно, на последнем были ремни, но мальчик не рискнул отцепиться от шеи Глутамата, чтобы пристегнуться. Почему же он не подумал об этом раньше!