***
- Я собираюсь поставить на производство неповторимое гардарийское вино, без которого так плохо живётся Стране Вечного Лета, – говорил монарх, оглядывая собравшихся министров. – Рецепт мы добыли. Мой план таков: Страна начинает закупать вино у нас, расторгает контракт с Гардарией, и вредители будут поставлены в тупик. Тогда-то мы и выдвинем ультиматум: либо они прекращают свои набеги, либо мы приструним их силой. Против двух стран Гардарии не выстоять.
- План хорош, – поддержал министр сельского хозяйства. – Я бы сказал, идеален.
Он помолчал, нахмурившись, словно вспомнив о неудачливости монарха:
– Но... Есть ли трудности?
- Начинать производство очень затратно, – признал Нат. – Для вина нужны цветы с гор и Главного материка. Шапочник и горянка.
- В таком случае, не лучше ли продать рецепт в Страну Вечного Лета? – Спросил министр обороны. – От гардарийской проблемы избавимся, и ладно.
- А теперь подумайте вот о чём, – сказал монарх, сцепляя руки на столешнице. Лак отразил его серьёзное лицо. – Когда производство наладится, окупится всё – вино достаточно дорогое. Мы даже можем рассчитывать на рост экономики. Не лучше ли получать прибыль постоянно, нежели единожды?
- Мало данных, – заметил министр финансов. – Я бы подсчитал, когда всё это окупится. Если окупится.
- Герда III тоже мечтает избавиться от набегов гардарийцев, – ответил монарх. – Я уверен, что она согласится брать вино у нас дороже, чем у них. По крайней мере, первое время. Но вы подсчитайте, и если нужны будут уточнения, я их предоставлю.
- В таком случае, мне нужно знать, по какой цене идёт вино. Остальное я уточню сам.
- Примерно шесть тысяч радиек за бутылку.
Защёлкин записал это в свой блокнот и попросил разрешения покинуть собрание, если он здесь больше не нужен. Нат не стал препятствовать: ему самому не терпелось узнать, насколько всё будет затратно.
- И не забудьте, что винодельни у нас уже есть.
- Но если использовать старые, – заметил министр уже у двери. – Много мы всё равно не выиграем.
- Главное – побыстрее начать производство. Для других вин можно ещё построить.
- А с первого раза-то может ничего и не выйти, – сказал министр промышленности.
- Эксперименты в рамках известного состава, – подчеркнул король. – Поручаю вам проконтролировать начало производства. Начнёте, как только Защёлкин предоставит мне данные.
- Слишком рискованно, – не согласился мужчина, и несколько товарищей его поддержали.
Министр обороны вскочил.
- А не рискованно терять посевы и инвентарь? Если уж на то пошло, страдает эта ваша экономика! Что так, что эдак… люди всё равно недовольны, а проблему решать надо!
- Вы хотите восстания в случае неудачи? – Взвизгнул министр культуры.
- А лучше, когда монарх не исполняет обязательств перед народом?
- Переживут! Филиппа I терпели, и Натрияхлоридия I потерпят! Сейчас же всё куда спокойнее, чем при предыдущем монархе, к чему сердить общество? Гардарийская проблема не вчера на нас свалилась!
- Такими темпами никто не переживёт нашествий этих негодяев!
Собрание зашумело, разделившись на две противоборствующие стороны. Нат слушал, пока оппоненты не перешли на взаимные оскорбления. Тогда он начал стучать молоточком по подставке, призывая к тишине. Постепенно министры угомонились, но по-прежнему продолжали сверлить друг друга недобрыми взглядами.
- Некоторые здесь забывают, – прозвучал в тишине грозный голос Ната. – Что мы для страны, а не страна для нас. Проблема растёт, люди жалуются. И к кому они идут? К тем, кто должен всё исправить – к нам. Это наша обязанность. Я предложил решение. Есть идеи получше?
Собрание молчало.
- Отлично, – король отложил молоток. – В таком случае действуем по моему плану. Если нечего добавить, можете расходиться.
- Мне есть, что добавить, – с неудовольствием бросил министр промышленности. – Не с вашим невезением начинать рискованные предприятия.
- Неудачливость, – подчеркнул Нат. – Это личная проблема. На стране она никак не сказалась.
- Попомните мои слова, скажется ещё, – мужчина покачал головой и первым поднялся с места.
Остальные тоже начали вставать, а потом потянулись к выходу. Монарх устало откинулся на спинку стула. Везение, невезение… какой это был мизер по сравнению с открывающейся перспективой! И теперь он молил Праматерь, чтобы Герда III его поддержала.