Тишина схлопнулась покрывалом. Невдалеке тихо выстрелил язычком огня факел.
Девушка обернулась назад. В начале пути мелькнула мысль, что этот коридор напоминает ход к темницам. Но это место было слишком торжественным и величественным для мрачного подвала. Да и казну лучше хранить как можно дальше.
Дверца с лязгом отъехала, и из проёма осторожно выглянул одним глазом казначей.
– По распоряжению Его Величества леди Варваре разрешён вход в сокровищницу для поиска нужной ей вещи, – сказал церемониймейстер. – Открывайте.
Теперь в проёме показались оба глаза. Внимательно оглядев гостей, хранитель задумчиво сощурился. Дверца закрылась, зазвенела связка ключей. Илиштольц быстро оглядел себя, затем бросил взгляд на девушку.
– У вас прядь волос выбилась, поправьте, – шёпотом сказал он. – И постарайтесь без нужды ни до чего не дотрагиваться. Он терпеть не может беспорядка.
Девушка поспешно пригладила волосы под аккомпанемент механического лязга замков и засовов. Дверь приоткрылась, и выглянул высокий, тощий человек в простой тёмной одежде. Он чем-то походил на Тризнова – орлиный нос, узкое лицо – вот только он был лыс, а на подбородке росла куцая бородёнка. Взгляд сощуренных глаз под косматыми бровями – подозрительный и осторожный.
– Варвара, это наш казначей, Изя Скрудж, – представил Илиштольц. – Скрудж, покажите ей все вещи, которые имеются в казне. Монеты не интересуют, – он взглянул на девушку. – Правильно я понимаю?
– Именно так, – подтвердила она.
Казначей поманил её костлявым пальцем.
– Проходите.
Девушка тут же подошла. Скрудж посторонился, приоткрыв дверь чуть шире, и она кое-как протиснулась бочком.
Первый же взгляд, брошенный вперёд, лишил дара речи и заставил замереть. Перед ней возвышался сияющий золотой замок, выполненный искусно и в мельчайших подробностях. Взгляд цеплялся за изящные балкончики, выложенные из пластинок и драгоценных камней, ловил отблески витражей под холодным светом ламп. Вокруг строения раскинулся парк с изумрудной насыпью газона и золотыми деревьями.
Дверь захлопнулась. Машинально отступив в сторону, Варя увидела за дворцом, оказавшимся всего лишь чуть выше неё, множество невероятных скульптур: собак и львов, косача* высотой до пояса и ковёр из драгоценных камней. Блеск граней расцветил белые мраморные стены.
– Невероятно!
– Я бы сказал, идеально, – с удовлетворением ответил Скрудж. – Итак, что вам угодно?
– У вас есть… артефакты?
Казначей в недоумении поднял бровь.
– Гм, ничего такого не припомню… если и есть, то они не были записаны как артефакты при поступлении.
Сердце невольно дрогнуло, но девушка решила не сдаваться.
– Тогда мне нужно посмотреть.
– Прошу за мной. Держитесь рядом и ничего не трогайте, пока я не дам вещицу в руки. Эти произведения искусства хрупки, как пирамидка из перьев.
Тут только девушка сообразила: кроме построек, не было ни гор монет, ни сундуков, куда можно было ссыпать деньги. Шагая за Скруджем по дорожке между скульптурами, она пригляделась к низенькому домику. Он был выложен из трапециевидных брусочков, а в проёмы окон вставлены квадратики кварца. Да не брусочки это вовсе, а слитки золота!
Сокровищница будто вновь распахнула свои двери, и девушка оглядела её другим взглядом, с пониманием. Вот вся казна – монеты, драгоценности, ларцы и украшения – собрана в произведения искусства.
Казначей махнул рукой, останавливаясь у "ковра".
– Вот, взгляните. Может быть, вам нужно что-нибудь отсюда?
Девушка чуть склонила очки, чтобы лучше видеть. По краю шло пёстрое перецветье брошей с разнообразными оправами, но всё выложено так, чтобы форма и цвет чередовались. В центре расположился золотой сундучок в окружении жемчужных бус.
– А в сундучке что-нибудь есть?
– Сейчас он пуст, – пояснил Скрудж. – Содержимое вон там.
Варя перевела взгляд, куда указывал казначей, и обнаружила пирамиду из слитков, утыканную алмазами.
– Вы проверяли на наличие двойного дна? – Уточнила гостья.
– Естественно, – махнул рукой Скрудж. – Вижу, это вам тоже не по душе. Ну а как насчёт вон тех тиар?
Зная точно, что головной убор не подойдёт, Варя всё-таки взглянула. При виде новогодней ёлки, сложенной из всего, что попалось под руку, девушка весело улыбнулась.
– Сложная скульптура. Могу я рассмотреть?
"Ёлка" сияла, как драгоценный камень, который поворачивает ювелир, оценивая качество. Только это нагромождение драгоценностей уже не поднять, и пришлось обойти вокруг, рассматривая кулоны, венцы и шкатулки, глядя в отражения на бусинах. В глубине между зазорами виднелись всё те же драгоценности – Скрудж строил скульптуры основательно, подбирая одинаковые вещицы на каждый слой. И самое обидное – даже здесь не видно было артефакта воронов.