Непогода продолжалась до самого вечера. По дворцу гуляла тоска, ища, кого прижать к мягкому дивану и подбросить мыслей о бренности бытия. Король с церемониймейстером, увлечённые предстоящими делами, не поддались общему настроению дня, а вскоре покинули дворец в сопровождении свиты. Расписание уроков для пажа подогнали под список дел короля, и сегодня Рик был свободен от учёбы. Мальчик за пару месяцев успел привыкнуть к странному ощущению, сопровождавшему смену деятельности. Ему нравилось учиться у такого неординарного человека, как Андрюшкин, но также он охотно был готов сопровождать монарха. И сейчас, уезжая, он с лёгкой грустью взглянул через пелену дождя на окна учебной комнаты. Преподаватель, конечно, сейчас не там. Либо готовился к завтрашнему уроку, либо занимался другими делами.
Нат же в это время раздумывал над проблемой займа.
«Сможет ли Герда ещё и ссудить нам денег? И так тратит достаточно, чтобы помочь Царосу… но просить больше не у кого! Романская империя только рада выдать под большие проценты и за кусок земли. Мурду до нас и дела нет. К тому же ещё этот «регенератор»…
Препарат, несмотря на то, что был закуплен в большом количестве, стремительно заканчивался. И если Царос не сможет приобрести ещё партию до зимы, многие больные из «Солнечного луга» вновь окажутся перед лицом смерти, а королю с его неудачливостью придётся вспомнить, каково по нескольку недель ездить в инвалидном кресле.
«Андария? Да есть ли смысл? Как можно доверять родственнице, которая от нас отказалась? Или, - мысли обратились к единственному узкому перешейку на экваторе планеты. – Эфия? – Он мотнул головой. – Страна маловата, ничем они не помогут. Как, впрочем, и остальные. Страна Вечного Лета – наш последний шанс».
За окнами в серой дымке тонули поля и луга Цароса. По стеклу пролегли водяные дорожки, а дождь стучался в карету так настойчиво, будто сам устал от холода дня и хотел погреться. Монарх мельком глянул на сопровождающих. Илиштольц пролистывал блокнот, делая какие-то пометки. Водил ручкой он осторожно – карету то и дело потряхивало на ухабах. Остальные смотрели в окна, о чём-то задумавшись – даже Рик притих.
По дороге они заглянули в ещё одну деревеньку – Дубкино – где и остановились на ночь. Встав поутру, король со свитой уже к обеду добрались до Нижней Спойлеровки. И хотя дождь прекратился, небо по-прежнему хмурилось.
Видеть ещё издали встречающую толпу крестьян этой деревни было привычно. И первое, что сказал Нат, выходя из кареты, было:
- Давайте договоримся: сегодня ни слова о травмах.
Живой интерес на лицах сменился кислыми гримасами. Староста – весёлый старичок с длинной седой бородой – разочарованно покачал головой.
– Жаль… а я-то хотел поделиться, как вам не поздоровится после турнира.
- Пусть будет сюрприз, - монарх прошёл мимо, и старик, двинувшись следом, быстро его нагнал. – Как поживаете?
- Тяжеловато, - развёл руками староста. – Но и не такое переживали. И знаете что? Я вас всё же предупрежу насчёт грядущего. Опасайтесь ворон.
- Посевы в опасности? – Насторожился монарх.
- Скорее, ваше здоровье.
Свита шагала следом на почтительном расстоянии, не вмешиваясь в разговор. Они даже не слышали, о чём говорят король и староста.
Деревня была похожа на большую площадку для игр, брошенную в самом разгаре веселья: дома раскиданы как попало среди засеянных полей, колодцы и сараи в самых неожиданных местах. Благодаря особенности населения – предсказывать грядущее – жилось людям здесь легче хотя бы потому, что добирающиеся даже в этот отдалённый уголок гардарийцы не могли хорошенько нагадить. Крестьяне наносили упреждающие удары, клали на пути присыпанные травой грабли, рыли ямы, а кто-то даже капканы ставил. Пойманных либо сажали в поруб, как делали в остальной стране, либо использовали в хозяйстве. Например, «бобры» неплохо справлялись с заготовкой дров, если за ними следить и вовремя подносить стволы. Вот и сейчас Нат заприметил прикованного к столбу на цепь «крота», который рыл яму. Рядом, между ним и столбом, стоял крестьянин с вилами и наблюдал. Хотел выкопать то ли колодец, то ли погреб – места вокруг хватало на целый дом.
Последние слова старосты заставили короля насторожиться. Логическая цепочка выстроилась сама собой, до того была очевидна связь между его здоровьем и птицами-вредителями. Дело даже не в том, что стая ворон может на него напасть. Если птицы пожрут посевы, это ухудшит и без того плачевную ситуацию. Народный гнев обратится на того, кого можно достать – и если это не гардарийцы, то монарх, а в небольшой стране его легче свергнуть. И неизвестно, что в таком случае предпочтут царосцы – голод с сострадательным правителем или прежнюю жизнь с жёсткой королевой.
Нат почувствовал обречённость. Зря вообще поддержал разговор. Клятое любопытство!
- Я ведь не смогу это предотвратить?
- Нет, - покачал головой староста. – Потому что пойдёте по неверному пути.
Дорогу перебежали двое мальчишек – они хохотали, догоняющий тянул руки, пытаясь осалить товарища и взять реванш. Встречающие вновь рассеялись по деревне и теперь следили за монархом, желая поделиться знаниями. Одно слово – Спойлеровка.
- А какой путь верный? – Рискнул спросить Нат, хотя и понимал, что прямого ответа не дождётся. Крестьяне сдерживали порыв именно тогда, когда подсказка была очень нужна.
- Верный путь не приведёт к благоденствию.
Сердце возбуждённо подпрыгнуло в груди. Всё получится! Отрадно было думать об этом – но король опасался, как бы предприятие, кроме блага, не принесло и горе в лице его смерти. Матушка тогда останется совершенно одна.
«А Варя? Как она отреагирует?».
- Как насчёт подробностей?
Собеседник хитро взглянул на него.
- Вам не понравится. А выживете или нет – зависит от тех, кто не сможет вас бросить в трудную минуту.
«Тризнов, определённо, - мелькнула мысль. – И Варя, конечно. С двумя врачами я не пропаду. А вот Вис? Где он будет? В последнее время мы редко видимся, но если и он будет рядом, мне вообще бояться нечего.
Впервые за время его правления предсказание вызвало не досаду, а светлую надежду. Покидал деревню Нат в приподнятом настроении. Так он и уехал с улыбкой на губах, если бы вслед не прозвучало:
- Завтра в четыре часа дня на вас упадёт балка.