Глава 13. Станем друзьями?
После того злополучного бала прошло два дня. Нат успел разобраться с остатками дел, которыми занялся сразу по прибытии из Мурда, и вытряхнуть из памяти наркотик, который кто-то подлил ему в бокал с вином. Злоумышленницу так и не нашли. Поначалу король подозревал, что Варвара ему так отомстила за то, что отверг её. Однако Тризнов уверял, что она, наоборот, помогла монарху, и обещала никому не рассказывать о неприятном инциденте. Нату не очень в это верилось, и он чуть было не приказал схватить девушку. Врач отговорил.
В это утро, яркое и тёплое, король играл у конюшни с Глутаматом. Жеребец уже контролировал свои силы, и Нат не опасался, что тот его случайно ранит. Здесь их нашли Рик и Илиштольц. Сидящие неподалёку на оградке медики пожелали им доброго утра.
Глутамат обогнал хозяина и хотел ткнуться мордой ему в плечо, торжествуя победу, но король ловко увернулся и, смеясь, побежал к конюшне.
- Ваше Величество! – Окликнул церемониймейстер.
Нат остановился и приказал жеребцу сидеть. Тот подчинился, улыбаясь во весь рот – совершенно несвойственное выражение морды для обычного коня. Илиштольц приблизился, и в этот момент на полянке появился лакей с подносом, на котором белел конверт.
- Письмо для господ Печенькиных, - возвестил он.
Медики переглянулись и подошли к нему. А Илиштольц, едва бросив взгляд в их сторону, зачитал Нату список дел на день. Паж рядом чесал Глутамата за ушами.
Братья пробежали глазами по тексту письма и растерянно переглянулись, после чего подошли к королю, заметно нервничая.
- Ваше Величество, - обратился один, когда монарх перевёл на них взгляд. – Не могли бы вы нас сегодня отпустить? Наша бабушка умирает и очень хочет нас видеть.
Сердце невольно кольнула жалость. Нат понимал, каково это – терять близких. И он кивнул.
- Хорошо. Илиштольц, возьмём с собой Тризнова.
Медики уже было развернулись, чтобы уйти, но церемониймейстер удивлённо изогнул бровь.
- Ваше Величество, он же ещё с утра отбыл на симпозиум.
Братья и Нат переглянулись. Печенькины снова заволновались. Король нахмурился, оглядываясь на ворота.
- Совсем забыл… теперь меня никто не подстрахует.
- Может быть, вы всё же останетесь? – Обратился Илиштольц к медикам. – Сегодня поездка в поля. Здоровье монарха куда дороже…
Нат остановил его взмахом руки, видя, как растерянно переглядываются Печенькины.
- Идите. Илиштольц, перенесите поездку.
Порыв, с которым поклонились медики, был красноречивее любых благодарностей. Печенькины заспешили прочь быстрым шагом, но не выдержали и побежали.
Паж вскинул голову.
- Но, Ваше Величество! Вот так сдаться?
- Рик, ты же знаешь, что я обязательно покалечусь, - покачал головой Нат. – Конечно, сегодня я никуда не поеду.
- Но в городе и в полях есть врачи! Вы же любите проверять, как живут люди – проверите и уровень медицины!
- Это рискованно, - не согласился церемониймейстер. – Печенькины и Тризнов – люди проверенные, а врачи там, за оградой… сомнительно.
Нат слушал их, задумчиво потирая подбородок.
- Вот именно, сомнительно, - проговорил он. – Этот аспект я упускаю, потому что у самого есть врач.
Илиштольц бросил на него встревоженный взгляд.
- Ваше Величество, с вашим невезением я бы категорически не советовал обращаться к городским медикам!
- Как раз именно мне и надо обратиться. Если врач может допустить ошибку в лечении пациента, его надо заменить. К тому же во дворце я тоже могу покалечиться, - обернувшись, король крикнул конюху: - Господин Шницель, седлайте лошадей свиты и Глутамата мне.
Жеребец вскочил и радостно бросился в стойла. Илиштольц растерянно потеребил пуговицу своего синего камзола.
- На лошадях? Я тоже? – Удивился Рик.
- Ваше Величество, - раздался позади голос повара.
Все трое обернулись. Кочерыжкин держал в руках две корзины.
- Нет, Рик, - ответил пажу король. – Для тебя есть другое задание. Отнеси гостинцы в детдом.
- Что… я… один? – Мальчик растерянно взглянул на него, потом на корзину.
- Помнишь дорогу?
- Да, но…
- Никто тебя не съест. Я не успеваю сегодня, так что сбегай ты.
Повар сунул в руки опешившего пажа одну корзину, передал вторую подошедшему писарю и поклонился.
- Могу я идти?
- Да, ступай.
К королю уже прогарцевал Глутамат под своим необычным седлом. Конюх тоже подошёл, чтобы помочь закрепить ремни. Рик продолжал стоять, а сердце в груди сжималось. Впервые его отпускали одного в город с поручением! Снова он окажется среди толпы людей, без взрослых. Сейчас ему было очень страшно.
- Ваше Величество, может, я всё-таки с вами?
- Рик, - нахмурился Нат, садясь на коня. – Что сложного в поручении?
- Но я там… один…
- А дети ждут от меня гостинцев. Тебе кого жалко больше – себя или их?
Он вновь стал строгим и отстранённым. К глазам мальчика подступили слёзы. Конюх начал застёгивать ремни на бёдрах монарха, закрепляя его в седле. Илиштольц и Криворучкин тоже вскочили на своих коней. Рик опустил глаза, поёжившись от холодного ветра.
Мимо процокал Глутамат.
- Рик, я в тебя верю. Не подведи.
Паж поднял голову и увидел, что монарх ему подмигнул. Затем Нат отвернулся и хлестнул поводьями. Трое всадников пронеслись по дороге и скрылись за воротами в клубах пыли.