Один миг темноты – и Рика ударило о противоположную стену! Он рухнул на пол и судорожно вдохнул.
Над ним навис Глутамат, нетерпеливо постукивая копытами. Мальчик открыл было рот, чтобы спросить, что происходит, но тут прямо над глазами вместо привычной золотой чёлки увидел капюшон.
Его костюм совсем этого не предусматривал! Опустив взгляд, паж убедился, что одет в коричневый комбинезон. Кисти рук были скрыты варежками, по форме напоминающими копыта. Быстро поднявшись, Рик понял, что скакун каким-то образом нарядил его в костюм пони. Имелись и уши, и грива, и даже роскошный хвост!
Глутамат фыркнул и поцокал прочь из стойла. Попытавшись снять капюшон, паж оглянулся и бросился за скакуном.
- Глутамат, стой! Что за шутки! – Он начал зубами стягивать варежки, но те сидели, словно приклеенные. Рик обежал коня и встал перед ним. - Сними с меня это! Как ты это сделал? Эй!
Конь, не останавливаясь, обошёл его и продолжил путь. Мальчик схватился за шею Глутамата, пытаясь его остановить – но тот будто и не заметил дополнительного веса.
- Хочешь, чтобы я почувствовал себя в твоей шкуре? Хорошо, почувствовал! Ну Глутамат!
Конь его игнорировал, и в душе Рика поселился страх. Он мог остаться в этом костюме навечно!
«Меня же ребята засмеют! Что же, я теперь буду постоянно прятаться?».
Когда Глутамат вышел на лужайку, мальчик буквально повис на нём и глотал слёзы.
- Г… господин Шницель, - он шмыгнул носом и обернулся туда, где сидел мужчина.
Конюх лежал на земле без сознания. Кони разбрелись за забором, а между ними сновали фигуры людей в костюмах скакунов.
Увиденное настолько ошеломило Рика, что слёзы тут же высохли. Глутамат взглянул на него и приставил копыто к губам. Затем на цыпочках побежал к табуну.
- Погоди! – Шёпотом окликнул паж и поспешил за ним. – Что происходит?
Когда они приблизились, из-за гнедого скакуна выглянул человек. Как Рик догадался, это был один из гардарийцев - вредителей, которые мешали жить честным царосцам. Так близко! Паж стушевался и прижался к королевскому скакуну.
- Пс! Эй! – Зашептал незнакомец, махнув рукой. – Чего вы там копаетесь? Живо, пока не заметили!
У мужчины оказалась довольно приятная внешность – округлое лицо с маленькой чёрной бородкой и внимательными карими глазами. Он глубже надвинул на глаза рыжий капюшон и, схватив подошедшего Рика за руку, подтянул к себе, тем самым спрятав от посторонних глаз за боком коня. Глутамат подошёл к ним.
- Хороший костюм, - одобрил мужчина, кивнув жеребцу, и повернулся к товарищам.
Их оказалось шестеро. И что интересно, среди костюмированных оказались даже две молодые женщины лет двадцати-двадцати семи.
- Так, у нас двое помощников. Продвигаемся вон к тому окну, - палец мужчины указал на закрытую створку над крышей конюшни. – И проникаем во дворец. Наша цель – какая-нибудь статуя, там разберёмся. Ты, - он повернулся к Глутамату.
- Игого, - сказал конь.
- Точно, - обрадовался мужчина, словно что-то понял. – Постоишь на стрёме! Ну, вперёд, - и он первым бросился к конюшне, таща за собой пажа.
- Нет, погодите! Куда…
Мальчик растерянно обернулся и увидел, что жеребец машет ему копытом. Тут же рывком пажа подняли вверх. Он огляделся и обнаружил, как мужчина встаёт на спину другому «коню», тот – на спину следующему. Пирамида, покачиваясь, вытянулась вверх, и Рика подтолкнули к крыше. Он поспешно взобрался, боясь свалиться на землю.
- Руку! – Прошептал вредитель. – Живее!
Паж встал и медленно отошёл от края, глядя в нетерпеливые глаза мужчины.
- Нет… гвардия! – Закричал он, оглядываясь. – Гвардия, здесь гардарийцы!
Окно позади распахнулось, и на черепичный настил выскочил высокий мужчина с каштановыми усами. Заблестели серебряные клёпки на рыжем мундире и металлическая каска.
- Сэр Ульрих! Они там! – Мальчик ткнул пальцем вниз.
С площадки доносились крики и топот удирающих вредителей. Капитан подбежал к мальчику и, крепко схватив его за локоть, бросил взгляд на залитую солнцем лужайку.
-Гвардия! Они бегут к саду! - Зычным голосом крикнул он и обернулся. – Хех-хе-хе, а что у нас здесь? Такой маленький, и уже вредитель, ай-яй-яй!
Он зацокал языком и потащил Рика к окну.
- Нет, стойте… это же я, паж Его Величества! – Мальчик снова попытался откинуть капюшон, но тот словно прирос к голове. – Глутамат что-то сделал, и…
- Цыц, воришка, - одёрнул его сэр Ульрих. – Довольно болтовни.
Они прошли по коридору и начали спускаться по лестнице. Попадавшиеся навстречу слуги удивлённо ахали и прижимались к стенам.
- Я не вор! Я же Рик! Почему вы меня не узнаёте? Это же всё дурацкий костюм, он будто приклеился! Сэр Ульрих!
Мужчина усмехнулся, оглядываясь на него.
- Кого ты вздумал обмануть, малыш? Поздно, теперь никакой пощады. Ты знал, на что… - он хохотнул. – Скакал. Теперь не обессудь, тебе одна дорога – в темницу, где ты сгниёшь!
- Что? – Вскричал совершенно несчастный мальчик. – Нет же! Позовите отца, маму или короля! Они подтвердят, что я не вредитель! Да хоть господина Илиштольца или мистера Криворучкина! Сэр Ульрих, вы ведь шутите?
- Какие уж шутки, - мужчина бесцеремонно дёрнул упирающуюся жертву на себя. – Нужен ты кому…
К сожалению мальчика, дальше они пошли по узкому переходу, идущему в стороне от лестниц, на которых ещё могли наткнуться на слуг или придворных. Всю дорогу мальчик кричал, просил, умолял. Но сэр Ульрих не слушал, упрямо таща его всё вниз и вниз, по каменным ступеням в холодную тьму. Мрак разбавляли лишь редкие фонари на стенах, а тяжёлые набойки на ботинках делали каждый шаг капитана гвардии гулким и зловещим. Рик же топал мягкими, шитыми подошвами комбинезона, а эхо его жалобного голоса делало это место ещё страшнее и безнадёжнее.
Вот впереди показалась комната, освещённая простой лампой дневного света. Сэр Ульрих протащил свою жертву туда и остановился. Тюремщик – низенький, согбенный старичок в джинсовом комбинезоне – глянул на них и зловеще оскалился.
- А, ещё один вредитель… многовато их в последнее время, - он, кряхтя, поднялся из-за стола и вытащил связку ключей. Металл зазвенел погребальным звоном.
В этой комнате, кроме стола, находилась ещё простая лежанка. В горшке на полу стоял слегка увядший цветок фиолетовой гардении, а пол устилал вылинявший ковёр. Старик явно пытался создать себе уютную обстановку. Из глубины второго коридора, закрытого решёткой, доносились плач и проклятия. Усиленные эхом, они казались воплями призраков.
- Я не вредитель, - размазывая по лицу слёзы свободной рукой и пытаясь вырваться, стонал Рик. – Я же помочь хотел! Я же предупредил о нападении гардарийцев! Прошу…
- Значит, ты маленький трус и предатель, - безразлично заметил капитан.
- Слышь, сэр Ульрих, - прошамкал тюремщик, возясь с замком. – Может, скостить ему срок за сознательность и содействие гвардии?
На миг между ними повисла тишина, и мальчик вскинул заплаканные глаза. У него появился шанс? Мужчины разразились хохотом, и сердце Рика дрогнуло от отчаяния.
- Сэр Ульрих, господин тюремщик! – Снова взмолился он. – Ну пожалуйста, позовите сэра Генри Мадама или госпожу Козетту Мадам, или господина Илиштольца… ну хотя бы господина Тризнова…
С последней фразой возникла идея, окрылившая его.
- У меня живот болит, мне врач нужен! Позовите господина Тризнова!
Уж кто-кто, а врач должен был разобраться с костюмом!
Заскрипела, открываясь, дверь-решётка.
- Он правильно болит, - капитан гвардии потащил его в темноту. Следом ступал старик, неся включённый фонарь. – Значит, совесть просыпается.
Рика втолкнули в одну из камер и заперли тяжёлую, частую решётку. Мальчик вцепился в неё и принялся дёргать туда-сюда.
- Умоляю, выпустите! Это недоразумение, я могу доказать!
Но мужчины уже не слушали его: похохатывая, они направились обратно. Свет фонарика пополз прочь, и чем ближе надвигалась чернота, тем тяжелее наваливалась безысходность. В глубине коридора кто-то яростно ругался, колотя решётку.
Тьма наконец поглотила мир, оставив лишь холодные прутья под пальцами. Она окутала ледяным бархатом, укрыла коконом безысходности. Рик медленно сполз на пол и разрыдался. Он был один, совсем один среди пустоты. И лишь решётка да выкрики других пленников напоминали, что где-то ещё есть жизнь.